Сама Сариенгит надела под капюшон полумаску, прикрывающую глаза и переносицу. Линзы боевой личины, выкрашенной в красный и черный цвета, казались пылающими очами демона. Через спину дракона, сразу за троном старейшины, была перекинуты седельные сумки, и пандита могла легко дотянуться до удлиненной винтовки. Также среди багажа имелся фузионный пистолет с вытянутым стволом. Глядя на вьюки, Арадриан понял, что в них хранится всё имущество женщины — остальное, включая дом, она потеряла при вторжении орков в Гирит-Реслайн.
Для обитателей мира-корабля личные вещи не представляли никакой ценности, разве что были дороги как память. Потерянное или сломанное имущество легко заменялось, а веления моды сменялись быстрее, чем времена периода на Эйленилиеш. Сариенгит же придется потратить немало времени и сил, чтобы изготовить или купить замену всему, что было уничтожено или похищено.
— Как идет сражение? — спросила пандита.
— Силайн почти очищен от врагов, их мертвецы грудами валяются на улицах, — ответил Джаир, поскольку молодой изгой не хотел участвовать в разговоре. Обратный переход через лес — после того, как странники наскоро прочесали улицы возле реки и убедились, что сбежать удалось немногим оркам, а то и вообще никому — они проделали в молчании. Эссинадит явно не собирался возвращаться к случившемуся с Эстреллианом, и Арадриан считал, что не стоит вскрывать эту тему.
Гибель странника вызвала в алайтокце смешанные чувства. Грустно было наблюдать за смертью другого эльдар, особенно от рук жестоких орков, и всё же изгой не чувствовал себя так потрясенно и скверно, как ожидал. Сам факт того, что он выжил, перевешивал скорбь. Пробираясь среди деревьев, бездумно следуя за Джаиром, Арадриан несколько раз переживал в мыслях момент убийства Эстреллиана. В память странника врезался свирепый и злобный взгляд орка, а также яркость крови, хлынувшей из-под трепещущего хамелеолинового плаща. Пули тогда простучали по стене на расстоянии руки от него самого. Если бы Арадриан не остановился поговорить с Эссинадитом на лестнице, то мог бы оказаться на месте застреленного изгоя. Если бы орк, сразивший Эстреллиана, оказался ближе всего к отряду, странники уложили бы его первым, и огонь открыла бы тварь, стоявшая прямо перед алайтокцем.
В подобных ситуациях разница между жизнью и смертью была чрезвычайно мала, и всё решали случайнейшие повороты судьбы. Эта мысль, осознание близости гибели, должна была ужаснуть Арадриана, но на деле он чувствовал нечто обратное. Лес вокруг изгоя полнился звуками, запахами, видами, бурлил жизнью, всё ещё струившейся по венам алайтокца. Первая встреча с врагом сковала странника, последняя — освободила его.
Арадриан снова уплывал в мемосон, когда понял, что Джаир обращается к нему.
— Экзодиты выступают немедленно, чтобы развить успех, — говорил Эссинадит.
Оглядевшись, молодой странник увидел, что воинство Гирит-Реслайна выдвигается с поляны. Земля содрогалась под ногами мегазавров, после каждого шага великанов трепетала листва.
— Можем вернуться на «Ирдирис», если пожелаешь, — добавил Джаир, наблюдая за отбытием «ушедших».
— Ещё рано, давай посмотрим, как закончится битва.
— Уверен?
— Абсолютно, — Арадриан хотел вернуться в поселение, убедиться в уничтожении чужаков. В этом городке у него пелена спала с глаз, и изгой должен был узнать, как всё закончится. Больше того, ему требовалось принять участие в эндшпиле, внести свой вклад в победу над зеленокожими. Устранившись сейчас, алайтокец никогда бы не прочувствовал смысла вещей, увиденных и испытанных им. — Там ещё остались неубитые орки.
Вдвоем они последовали за экзодитами по дороге, а драконьи всадники поднялись в ночное небо. Нужно было прибыть на место вовремя, чтобы не нарушить планы, составленные провидцами и автархами. Алайтокцы и странники, прибывшие на их кораблях, вырезали врагов в Силайне и окружали тех, кто остался в Реше. При помощи точных маневров, зеленокожих удалось оттеснить на один из главных проспектов поселения, откуда вел только один очевидный путь к бегству. Именно «ушедшие» должны были замкнуть кольцо, предрешив судьбу уцелевших орков. Если воины Гирит-Реслайна прибудут слишком рано, захватчики увидят угрозу и попытаются прорваться в другие части городка; если экзодиты запоздают, неприятели успеют скрыться в лесу.
Арадриан дивился странным спутникам и их ездовым рептилиям. Экзодиты выглядели так же, как остальные эльдар, возможно, чуть ниже и шире в плечах, чем алайтокцы, но такие же стройные, с острыми ушами и скошенными глазами. Отличались они более всего одеждой и манерой поведения. Молодой странник видел, как аккуратно пошито их облачение, и точно так же, вручную, были сработаны щиты и отполированные чешуйчатые доспехи. Помимо винтовок и лазерных копий, «ушедшие» были вооружены обычными мечами и дротиками — заточенными, покрытыми рунной резьбой, но без намека на энергоисточники для силового поля или вращающихся цепных зубьев.
