Кульминация боя была короткой и яростной. Эйлле понял, что Кларик сумел согнать всех защитников города в одно место, которое представлялось наиболее защищенным. Это было огромное, пышно украшенное здание в центре города — очевидно, в нем прежде размещалась администрация. Салем был тем, что люди называют «столицей штата». Вероятно, это здание что-то для них символизировало. Либо мятежники считали, что Кларик не решится его разрушить.
Однако они просчитались.
Здание было окружено одним из обширных незастроенных участков территории, которые назывались парками. По какой-то непостижимой причине этот назывался «молом» [10]. Джинау могли штурмовать здание, не опасаясь, что при этом пострадают мирные граждане, которые еще не успели покинуть Салем. На этот раз пехоту пришлось применить лишь в последнюю очередь. Генерал просто подвел к зданию танки и артиллерию. И лишь когда от последнего оплота повстанцев остались лишь обломки, над которыми клубилась пыль, Кларик отправил пехотинцев на поиски тех, кто мог чудом уцелеть. Разумеется, уцелевших не оказалось.
К рассвету следующего дня бои закончились. Бригада джи-нау захватила тридцать семь бойцов Сопротивления, большинство в той или иной степени пострадало, и еще пятерых, явно никогда не принимавших участия в бою. Тем не менее, Кларик счел их соучастниками.
— Вероятно, вспомогательный персонал здешних отрядов Сопротивления, — предположил Врот, глядя на мониторы, где пехотинцы-джинау вели к машинам команду грязных и совершенно деморализованных пленников. — Большинство гражданских покинули город до того, как вы вступили во взаимодействие с противником.
— Вступили во что? — Эйлле обернулся, принимая позу «потрясение-и-недоумение».
— Расхожее выражение, — пояснил ветеран. — Люди часто его употребляют. В данном случае означает: «преобразовали войска в действующую единицу».
— Любопытно. Я запомню. В любом случае… — он вновь пристально посмотрел на что, что осталось от города. — Я намеренно позволил уйти невинным. Следовать
В этот момент на одном из мониторов появился Кларик. Генерал ждал дальнейших указаний.
— Полагаю, основная часть города осталась нетронутой, — произнес Эйлле.
— Так точно, сэр, — на лице Кларика не дрогнул ни один мускул. Только почтительное внимание, и больше ничего. — Вы желаете, чтобы я приказал бригаде приступить к уничтожению Салема?
Эйлле колебался, но лишь мгновение. Он был уверен: у людей есть
— Нет, генерал. Ваша бригада исполнила свой долг, и исполнила очень хорошо. Разрушить город поручается формированиям джао. Они приступят к исполнению приказа, как только вы убедитесь, что все ваши солдаты его покинули.
Эйлле показалось, что в его позе появился оттенок «облегчения-и-признательности»… Трудно сказать. Генерал джинау превосходно умел скрывать свои чувства. Если бы Кларик был джао, его можно было бы принять за одного из Гончих Эбезона.
— Как вам угодно, сэр… — Кларик замялся. — Мне потребуется некоторое время на то, чтобы вывести войска.
Эйлле был удивлен, хотя и не подал виду. Несомненно, Кларик постарается, чтобы у мирных жителей, которые еще остались в городе, осталось побольше времени для бегства.
— Понято и принято, генерал.
Кларик отсалютовал и исчез с экрана. Эйлле встал.
— А теперь я должен сообщить Губернатору о наших успехах.
Фрагта и его подопечный переглянулись. Им предстоит еще один бой. Бой, к которому Эйлле был готов. Он чувствовал удивительную уверенность, но Яут не был тоже уверен в нем — об этом говорила поза старого воина.
Да, Яут уверен в нем — но не в его чувстве потока.
— Подождем, — проговорил Яут. — Пусть вернется Кларик.
— Почему?
— Трудно объяснить. Но думаю, джинау лучше находиться поблизости, когда ты… — он покосился на Врота, но, очевидно, решил, что баута достоин полного доверия. — … Когда ты загонишь в ловушку Нарво. Еще раз.
Отпрыски кочена Уатнак не отличаются утонченностью, а Хеммы, их младшая ветвь, и подавно. Поза Врота выражала «предчувствие-новой-беды» — в чистом виде, без оттенков.
— Я буду тому свидетелем, — прорычал он. — И смогу сказать, что служить вам — великая честь.
Лениво бродя по своему хэнту, Оппак просматривал видеолинки. Его плечи и спина выгибались в неприкрытой ярости. После того, как за дело взялись джинау, сражение проходило куда успешнее, чем он ожидал.
И это было оскорбительно. Мало того, что Плутрак назначил на такой пост гладкомордого отпрыска. Как будто управлять миром — простая задача, с которой может справиться даже детеныш, еще не покинувший пруда рождения! А теперь юный выскочка со своими туземцами доказывает, что это действительно так, делая унижение Оппака еще более болезненным.
Будь его воля, он стер бы в порошок их кости, прежде чем они уничтожат его самого! Истребил их молодняк, очистил бы эту землю пламенем! Он…