Другой женский голос ей что-то ответил, невнятно и тихо, а потом также тихо прошелестел мужской шепот. В дожде из этого шепота волков бы не разобрал ни слова, да и ему было и не до этого. Он был почти без сознания, не смотря на то, что струйки воды с крыши лились ему прямо на лицо. Остатки сознания сосредоточились на попытках вдохнуть, он просто пытался вздохнуть, просто набрать в легкие воздуха и не захлебнуться кровью, которая шла из горла. Наконец, это получилось. Но это оказалось очень больно. Чуть отдышавшись, Волков перевернулся со спины на живот и сплюнул кровь. Затем, опираясь на стену, встал на одно колено, после чего, снова сплюнув кровь, встал на ноги. Вдохнул, сплюнул еще раз и, опираясь на стену, попытался идти. Он насквозь промок. Ёган увидел его, перепугался.
— Господь всемогущий, да что с вами? — он кинулся к солдату, подхватил его.
Солдат хотел было что-то ответить, но только прохрипел в ответ.
— Давайте, давайте к коню, — помогал ему идти Ёган, стал усаживать в седло.
А в трактире было шумно и душно и народ выходил на улицу подышать, а Ёган буквально вез Волкова в замок. Тот едва дышал, иногда выплевывая на шею коню, на себя, на седло сгустки крови. Ехали до замка долго, а там стражники подхватили солдаты и помогли Ёгану занести его в башню. Волков не помнил, как Ёган стаскивал с него сапоги и снимал бригантину. Он провалился я темноту не то сна, не то бесчувствия.
⠀⠀
⠀⠀
— Ну как вы, господин? — спросил он, подходя к кровати.
Солдат хотел ответить, но только просипел. Дышать уже было не больно, если не делать глубоких вдохов, но во рту все еще ощущалась кровь. Волков жестом показал — умываться. Ёган понял, пошел за водой. А вместе с Еганом вдруг пришел барон.
— Ну, что с вами случилось? — спросил он, усаживаясь на край кровати.
Солдат откашлялся и не то проскрежетал, не то прошелестел:
— Кто-то напал… За трактиром… Ночью…
— Я знаю, что ночью, стражники сказали, что вас привез ваш холоп еле живого. Что там было? Кто напал? Надо найти и повесить.
— Пока не знаю, — отвечал солдат, хотя явно догадывался, кто это. — Но я обязательно выясню.
— Не смейте ходить без людей по ночам, слышите? Тем более по трактирам.
Солдат что-то просипел и кивнул.
— Хотите отдохнуть? — спросил барон.
Солдат снова кивнул.
— Ладно, отдыхайте, — барон похлопал солдата по плечу и ушел.
Солдат умылся, выпил воды, потянулся, расправил плечи. Понял, что если не делать глубокие вдохи, грудь почти не болит. Он подошел к камину, там стояли сапоги, поднял правый, потряс его. Сапог был пуст, стилета в нем не было.
— Ёган, — почти шепотом сказал солдат и, сделав над собой усилия, уже в голос повторил: — Ёган, молоко, хлеб, мед и седлай коней.
— Господи, да каких вам коней?! Вам бы полежать денек, куда вас черт несет? Мало вам руки, теперь еще и грудь. Вы весь пол кровью заплевали за ночь. В чем жизнь держится — непонятно, а ему опять седлай коней. Вы себя в зеркало видели?
— А что там?
— На горле синяки, на груди синяки, видно, как вас приложили — весь доспех отпечатался.
— Бог с ними, с синяками, побыстрее давай, мне нужно найти мой стилет, я его ночью обронил.
⠀⠀
За трактиром стилет они не нашли: мусор, помои, кости, обломки бочек и ящиков, больше ничего.
— А что, он дорогой был? — спрашивал Ёган.
Дорогим особо он не был, простой и надежный кусок стали, но в разных сапогах солдата это доброе оружие провело лет двенадцать, и пару раз точно спасало ему жизнь.
— Пойдем, погорим с хозяином, — произнес солдат, хрипя и разминая горло.
⠀⠀
В трактире было немноголюдно, по сравнению со вчерашним вечером, но все равно половина столов была занята. Солдат сел за стол, Ёган сел напротив. Волков внимательно посмотрел на Ёгана и остался доволен. Вид тот имел устрашающий: кожаная рубаха, сапоги, меч на поясе, заросшая щетиной физиономия, крепкие крестьянские кулаки. Если бы солдат не знал его, то принял бы его всерьез. Тут же к ним подошла баба в грязном переднике и спросила:
— Чего господа изволят?
— Господа изволят хозяина твоего видеть, — ответил солдат.
Переспрашивать баба не стала, быстро сказала: «хорошо» и исчезла. Трактирщик появился тотчас. Солдат снял плащ, был без капюшона. Тем не менее, трактирщик узнал его сразу:
— Доброго здравия вам, господин коннетабль.
— Значит, знаешь, кто я?
— Как же не знать?
— И вчера знал?
— Догадывался, но не был уверен.
— Вчера за твоим трактиром я обронил одну вещь.
— Найдена, — сразу сообщил трактирщик.
Он сделал знак бабе, и та, чуть не бегом, кинулась на кухню. И через мгновенье вернулась обратно, бережно, на двух руках, неся стилет.
— Вот и славно, — хрипло сказал Волков, пряча оружие в сапог. — Но это еще не все.
— Чем еще могу быть полезен доброму господину?
Волков чуть помедлил и сказал: