2. Шампионе должен был расположиться со всеми своими силами на позиции протяжением 1200–1500 туазов, с флангами, опирающимися на фортификационные сооружения, хорошо приспособленные к местности и прикрытые палисадами, а по фронту – редутами. Производя в равнине фуражировки для снабжения своего лагеря всякого рода припасами, он таким образом повсюду внес бы тревогу. В подобном положении ему нечего было бояться.
Потребовалась бы вся армия Суворова, чтобы его вытеснить, и даже в таком случае у него хватило бы времени подготовиться к бою с противником, развернуться и построить свою армию в боевой порядок. Если бы Жубер оказался победителем, у Шампионе явилась бы возможность присоединиться к нему в два перехода. Если бы Жубер был побежден, у него осталось бы время спокойно перейти обратно за горы, не подставляя себя под удары и не дожидаясь сосредоточения всей армии противника.
Такой способ производства диверсии – единственный, от которого можно ожидать хороших последствий. Без сомнения, было бы лучше, чтобы эти 25 000 человек подоспели к Нови комбинированными маршами позади гор. Но это был единственный способ исправить недостатки плана, принятого правительством.
3. Марш на Ла-Бокетту для снятия осады с Тортоны достоин порицания. Многочисленная армия Края состояла из старых солдат, окрыленных победой. Будь Моро победителем, он, без сомнения, дошел бы до Тортоны, но не смог бы продержаться в ней больше 48 часов, потому что Мелас подоспел бы из Кони на поддержку к Краю. Это вынудило бы французскую армию вновь уйти в горы и предоставить Тортону ее собственной судьбе.
Правда, слово, данное ранее командиром этой крепости, перестало бы его обязывать, но продовольственные припасы, которые можно было ввезти туда в течение 48 часов, пополнили бы его склады только на несколько дней. Город все равно сдался бы. Это было приобретением противника в результате сражения у Нови: отнять у него это было невозможно.
4. Шампионе для содействия движению Итальянской армии к Тортоне повторил то, что он сделал в августе. Дивизия, находившаяся в Аосте, двинулась к форту Бар, находившаяся в Сузу – к Турину, сам он – к Пиньеролю. Все эти разрозненные передвижения без плана, без цели привели его к неудаче. Вместо того чтобы начать эти передвижения на три дня раньше выступления Моро, он их произвел на несколько дней позже, так что Край, отбросив 9 сентября Итальянскую армию за Ла-Бокетту и заняв 11-го позицию у Тортоны, успел двинуться на Кераско и Фоссано.
Комбинируя свои передвижения с Меласом, он соединился с ним для окружения Альпийской армии и нанес ей чувствительные потери, сбросив ее в долины у подножья гор. Те же самые батальоны, которые отбросили Моро 9 сентября при атаке на Серравале и Нови, 18-го разбили Шампионе у Фоссано.
Если бы его армия была сконцентрирована в руках сколько-нибудь искусного генерала, она смогла бы нанести очень сильные удары. Бои, осенние болезни, уход Суворова значительно ослабили австрийцев. Один Мелас не смог бы бороться с армией Шампионе, и, улучив благоприятный момент, она сумела бы помешать Краю, скованному действиями Моро, оказывать помощь Меласу. Оба эти генерала могли собрать только 30 000 человек. Шампионе, сосредоточив свои дивизии, имел бы равные силы, но по своей неспособности он противопоставил им у Фоссано только 7000–8000 человек.
Седьмое замечание. Альпийская и Итальянская армии; Шампионе.
