— А вы и не должны улавливать. Кто знает, что на уме у этих людей? Сотворитель хотел упечь ее в зверскую башню, вот она, по-видимому, решила отомстить. Думаю, она и от Верхеты скоро избавится. Эта дрянь не так проста, как кажется на первый взгляд. Сколько ее ловили, прежде чем отдали под суд! А теперь она снова на свободе, да еще и не одна. Я не стал наводить лишний шум, объявив в розыск только ее друзей. Иначе она опять может в любой момент подсунуть нам какую-нибудь пакость. Но мои гвардейцы не так проворны, да и Совет совсем обленился.
— Именно поэтому вы позвали меня?
— Точно. Вы единственный, кто может в короткие сроки найти ее и доставить сюда.
— А с остальными что делать?
— Уничтожить.
— Цена? — темный протянул руку, явно надеясь на аванс.
— Дом в столице и все земли Кайроса. Идет?
— Что ж, заманчивое предложение. Согласен.
Мужчины пожали друг другу руки, скрепляя свой договор. Теперь, спустя три дня Элаймус прохаживался по кабинету, дожидаясь подручных Сардхада. Наконец, что-то с силой ударило в окно. Зеленоглазый леквер подскочил на месте, стремглав бросаясь открывать. Отлично, о таком он даже мечтать не мог. Перед ним на подоконнике восседала черная птица, очень похожая на ворону с хохолком. Тварь была совершенно слепая. Глаза ее были затянуты кожистыми веками, словно слепленными омерзительной слизью. Перья кое-где приобрели зеленоватый отлив, местами проглядывала черная сухая кожа. Элаймус передернулся, но позволил "пташке" сесть к нему на руку. Что-либо говорить ей было тоже бесполезно — керхи почти совершенно глухи. И если бы не их удивительная способность находить нужную сущность из тысячи и не летать со скоростью реактивного самолета, толку от этого вида нежити не было никакого.
Элистар растерянно погладил птицу, передавая ей мысленное послание. Кого же ей искать? Лиду? Вряд ли керха может замечать различия между человеческими душами. Руаллу? Этого идиота Локмера? Или, может…
Решение созрело почти мгновенно. Еще вчера подобное не пришло бы ему на ум, но сейчас мужчина был полностью уверен в своем решении. Он будет искать Гервена. Девчонка не оставит его ни за что, да и он не бросит свою спасительницу.
Эта мерзавка и тут обвела всех вокруг пальца. Элаймус до сих пор ощущал на своей коже прикосновение скользкой рыбьей чешуи. Именно в нее превратилась, буквально рассыпавшись у него в ладонях, жемчужина. Талисман и проклятие его рода. Теперь-то он понимал, что совершил ошибку, прикончив Алису. Своей жизнью она защищала и хранила творение своих рук, артефакт-накопитель сущностей. Убив ее, он освободил сущность Гервена, дав ей соединиться с телом. В любом случае, ему надо найти внука и избавиться от надоедливой проблемы в его лице навсегда. Даже если рядом с ним не обнаружиться Лида.
— Лети! — приказал Элистар керхе, сильным толчком выбрасывая ту в распахнутое окно. Он знал, что нежить найдет его внука, стоит тому хоть немного выпустить наружу свою сущность. А, учитывая, что он жутко вспыльчивый, ей осталось недолго ждать.
Меня разбудили шаги. Тихое, ненавязчивое "топ-топ" от двери к моей кровати, явно принадлежащее женщине. Это раньше я могла спать, как убитая, не реагируя на такие мелочи. Сейчас же я вскакивала от любого шороха, по инерции хватаясь за свои лезвия. Или за меч, который в этот раз оказался ко мне ближе всего. Свет почти исчезнувшей луны мазнул по кромке, играя на ней всеми оттенками металла. Рукоять так привычно легла в ладонь, что сомневаться не приходилось: Викант тоже среагировал на потенциальную опасность.
— Тихо, девочка! — Ирвей отступила на шаг, спасая шею от отточенного орудия убийства, — Я только хочу тебе кое-что рассказать.
— А утром это нельзя было сделать? — не слишком вежливо поинтересовалась я, но меч убрала.
— Нет, утром мне бы не дали сказать. Твой друг, конечно, защищает не только свои интересы, он хочет встать на защиту всей страны от своего деда, но я больше не могу скрывать от тебя правду…
— Что еще стряслось? — я не на шутку испугалась, когда заметила, как женщина поджала губы. Глаза ее оставались сухими, но что-то странное, похожее на сочувствие и огорчение мелькало на дне зрачков, — Что-то случилось с Гервеном? Или это Азули снова решила навредить мне?
— Нет, нет. Оба они желают тебе лишь счастья, уж будь уверена. Я хочу поговорить не о них, а о других твоих друзьях.
— Руалла? Локмер? Они не добрались до Кайроса, их поймали?
— Да нет же. Я говорю о твоем женихе и об остальных, кто стал статуями.
— Герв сказал, что им уже ничем нельзя помочь… — тихо пробормотала я в ответ, чувствуя, как слова, словно расчехленный нож, начинают располосовывать мне душу на мелкие кусочки. Я уже не раз произносила их в мыслях, но, приобретя звуковое оформление, они стали намного болезненнее и ощутимее.
