С головы до ног он был в алом. За ним виднелись с полдюжины рабов кефта. Еще двое стояли у открытой панели в спальне.
— Сатана! — воскликнул я удивленно, и удивление мое было искренним. Я рассматривал многие возможности, но среди них не было Сатаны, возглавившего охоту на человека.
— Вы удивлены, Джеймс Киркхем. — В лишенном выражения голосе Сатаны была нотка заботливости. — Я тоже удивился, когда вы не ответили на мой стук.
— Я ничего не слышал, — искренне ответил я. На самом ли деле он стучал?
— Вы, я вижу, увлечены чтением, — продолжал он. — Но, может, вы удивляетесь, почему ваше молчание обеспокоило меня? Я преследую беглеца, опасного человека, Джеймс Киркхем. Отчаянного человека. След привел нас сюда. Я подумал, что он может попытаться спрятаться в ваших комнатах, что вы сопротивлялись и пострадали.
Это звучало разумно. Я помнил, какое необыкновенное расположение ко мне выказал Сатана сегодня. Сомнения мои улеглись, я слегка расслабился.
— Благодарю вас, сэр, — сказал я. — Но я никого не видел. А кто этот человек?
— Человек, которого я ищу, Кобхем.
— Кобхем! — Я смотрел на него, как будто не понял. — Но я считал, что Кобхем…
— Вы считали, что Кобхем в зеркальной комнате, — прервал он. — Вы, несомненно, гадали, почему я поместил его туда. Вы считали его одним из моих доверенных помощников. Вы думали, что он для меня очень ценен. Он и был таким. Но неожиданно Кобхем, которому я верил и которого ценил… перестал существовать. В него вселился другой дух, которому я доверять не могу и который поэтому становится для меня угрозой.
С замирающим сердцем я увидел насмешку в жестких ярких глазах, понял, что он сознательно повысил голос, чтобы слышно было в другой комнате.
— Бедный ушедший Кобхем, — протянул Сатана, — разве я не могу отомстить за него? Должен отомстить. Я накажу этот дух-узурпатор, буду мучить его, пока он не взмолится, чтобы я выпустил его из украденного тела. Мой бедный утраченный Кобхем. Ему теперь все равно, что будет с телом, когда-то принадлежавшим ему… он будет отмщен.
Теперь насмешка звучала совершенно отчетливо. Я почувствовал, как сжимается горло.
— Вы говорите, что ничего не видели? — переспросил он.
— Ничего, — ответил я. — Если бы кто-нибудь зашел в комнаты, я бы услышал.
Тут же я понял свою ошибку и проклял себя.
— О, нет, — ровно сказал Сатана. — Вы забыли, как увлечены были чтением. Меня вы не слышали. Ни когда я постучал, ни когда вошел. Я не могу подвергать вас риску. Придется осмотреть комнаты.
Он отдал приказ сопровождавшим рабам. Прежде чем они смогли двинуться, дверца шкафа распахнулась. Оттуда выпрыгнул Кобхем.
Первым же прыжком он оказался на полпути к открытой панели. В руке его блеснула сталь. Еще через мгновение он был возле двух рабов, стоявших у выхода. Один из них упал с перерезанным горлом. Другой отшатнулся, держась руками за бок, сквозь его пальцы струилась кровь.
И Кобхем исчез.
Сатана отдал еще один короткий приказ. Четверо из шести оставшихся рабов ринулись к панели.
Оставшиеся два прижали мне руки своими петлями.
Сатана смотрел на меня, насмешка в его взгляде стала дьявольской.
— Я так и подумал, что он придет сюда, — сказал он. — Поэтому, Джеймс Киркхем, я и дал ему возможность убежать.
Итак, это тоже была паутина, сплетенная Сатаной! И он заманил меня в нее!
Неожиданно меня охватил неудержимый гнев. Я больше не буду лгать. Не стану носить маску. Никогда больше не испугаюсь его. Конечно, он может причинить мне боль. Может убить меня. Вероятно, он собирается сделать и то, и другое. Но я теперь знал, кто он такой на самом деле. Вся загадочность соскользнула с него… и к тому же у меня еще есть козырь, о котором он не подозревает. Я глубоко вздохнул и засмеялся.
— Может быть! — цинично сказал я. — Но я заметил, что на этот раз вы не сумели помешать ему сбежать. Жаль, что он не перерезал вашу проклятую черную глотку вместо того вашего бедного дьявола.
— Ага, — без всякого негодования ответил он, — правда начинает изливаться из пораженного Киркхема, как вода из рассеченной Моисеем скалы. Но вы опять ошибаетесь. Я давно не наслаждался охотой на человека. Кобхем — идеальная добыча. Поэтому я и оставил панель открытой. Он долго продержится, надеюсь, дни и дни.
Он что-то сказал одному из державших меня рабов кефта. Я не понимал этого языка. Раб поклонился и выскользнул.
— Да, — повернулся ко мне Сатана, — он продержится долго. Но вы, Джеймс Киркхем, нет. Кобхем не может убежать. Вы тоже. Сегодня вечером я обдумаю, какую забаву вы предоставите мне.
Вышедший раб вернулся с шестью другими. Снова Сатана отдал приказ. Рабы окружили меня и вывели. Я пошел не сопротивляясь. И не оглядываясь на Сатану.
Но закрыть уши от его хохота я не мог!
Прошел день и наступил вечер, прежде чем я увидел Сатану вновь. Прежде чем я увидел вообще кого-нибудь, кроме тех едоков кефта, которые приносили мне еду.
Думаю, что меня отвели в одну из подземных комнат. Она была достаточно удобна, но без окон и, конечно, без дверей. Здесь мне развязали руки и оставили одного.
