В памяти вспыхнул момент, когда мы толпой обедали на улице за столом в Овечечке, и Соня, шутившая и улыбавшаяся, вдруг резко переменилась в лице, задохнулась как от боли и, хромая, рванула от нас. Она не любила исчезать на виду у людей. Не был ли это вызов ведьмы?
Кукла в руках Асанны, которую она протягивала мне, действительно, чем-то походила на Соню.
— Добромир, пожалуйста. Давай ты. Я не могу её колоть.
Представив побелевшее от боли лицо Сони, поднял глаза на Асю. Её потрясывало от подступавшей истерики.
— Правда, не могу. А если нанесу ей увечье?
Я прикрыл глаза. Вздохнул. Странно, как распорядилась судьба. Мне требовалось ударить ту, которую я когда-то любил больше жизни. И хотя всё изменилось, мне невыносимо было думать о боли, которую причиню Соне, как будто отомщу ей за свои страдания.
Я медлил.
— Разве кукле можно что-то испортить? Это просто импульс, передача сигнала, — я уговаривал сам себя.
— Тогда коли.
Я взял куклу в одну руку, иглу в другую. Собственная нерешительность удручала. Куда же направить иглу? Не в голову же и не в тело, значит или в ногу или руку.
Несколько коротких вздохов и укол в тонкую тряпичную ногу. Вах! Я проколол собственную ладонь, которой держал куклу. Кажется, мстил себе за измывательство над Соней.
— Что случилось?
Ася перехватила куклу.
— Не рассчитал силу, укололся.
Асанна перевернула куклу, слегка запачканную кровью.
— Ничего страшного. Это можно аккуратно замыть. А рука?
— Сейчас пройдёт.
Асанна шагнула ко мне.
— Дай посмотрю.
Я отстранился от Аси, удобно перехватил иглу.
— Всё в порядке. Аккуратно держи куклу, я буду несколько раз колоть. Пока жалеем — Соню не вызовем.
Сказать было легче, чем сделать. Несколько раз примерившись, я занёс иглу и резко воткнул её в корпус куклы, облачённый в тёмную рубашку.
— Прекрати! — истерично взвизгнул голос у меня за спиной.
Я оглянулся. В пяти шагах от нас стояла Соня, как будто выдернутая из схватки. Волосы растрёпаны, на щеке царапина, в каждой руке по стилету.
— Сонечка, прости, — прошептала Асанна, — тебе очень больно?
— Нет, приятно!
— Извини, можешь иглой ударить меня, если тебе станет легче, — я протянул иглу Соне.
Она сердито сжала губы.
— Около дворца Правителей идёт бой. Веригла собрал верных людей и сломал оборону дворца, не стал ждать, когда Верг соберёт армию, и решил выступить первым. К нему примкнули многие гонщики и пленники, которых мы освободили.
— А отец и мать?
— Мы спрятали их в надёжном месте. Бажен — законно избранный Глава Верховии, его охраняют.
— Нам надо туда.
— Подождите, — Асанна забрала у меня иглу и побежала в хижину, чтобы там оставить добро Мары.
Глядя на Асю, Соня морщилась как от боли. Я понимал её, с ведьмой не поспоришь, какой бы ни был молодец. Через минуту Асанна вернулась, крепко ухватила меня за руку.
— Я готова.
Соня скептически хмыкнула, посмотрев на нас.
— Окей, — сказала незнакомое слово, шагнула к нам и протянула ладонь Асе.
Всё-таки злилась на меня за иглу.
Мы оказались на одной из улиц, примыкающих к площади, Соня не рискнула переместить нас в гущу битвы. У нас не было оружия, да и Асе не стоило лезть в бой. Я сразу же ей об этом сказал, Соня согласилась со мной.
— Асанна, тебе туда нельзя. Это не женское дело.
— А почему тебе можно, Соня? — Ася чуть не задохнулась от возмущения.
— Потому что я отличаюсь от тебя. И это не про характер, не злись.
— Ася, прошу тебя, постучись в этот дом, мне кажется он пустой, — Добромир указал на распахнутую дверь, слегка поскрипывающую от ветра, — и спрячься там, я вернусь за тобой.
— Я с вами!
— Не дури, — вспыхнула Соня, — гонщики привели драконов, гвардейцы боятся стрелять. Сейчас там дерутся, кто чем, в основном холодным оружием. Это очень опасно.
Соня замерла, прислушалась к неясному шуму битвы.
— Там Эрвин, я не могу ждать ни минуты, — она развернулась и быстрым шагом направилась к площади.
— Ася, ты задерживаешь меня. Во дворце бьются наши гонщики, а я здесь уговариваю тебя. Поторопись!
Асанна нахмурилась и пошла к дому. На пороге она остановилась, оглянулась, кусая губы, всматриваясь в моё лицо пронизывающим взглядом.
— Пожалуйста, не думай о плохом, — сказал я.
Асанна скрылась в открытой двери и захлопнула её. Поднебесный дракон, помоги мне. Я всё-таки надеялся на благоразумие своей пары.
По улице полз белый дым, видимо, на площади пустили в ход дымовые заряды, иногда использующиеся для временного прикрытия. Они не вызывали резких звуков, подобных выстрелам, и защитники дворца использовали их. Кроме дыма я уловил запах гари и побежал вперёд, что есть силы. Зря Соня не переместила меня в гущу битвы. Пробираться сквозь дымовую завесу, разбираться в дыму кто друзья, кто враги, не представлялось возможным.
Через несколько минут я выбежал на площадь, ощутив вокруг свободное пространство. Вперёд вели слух, обоняние и ещё какой-то внутренний сигнал, указывающий дорогу.
