— Вероятно, вы правы, — согласился доктор Салливан. — И мы сможем это узнать, когда она вернется домой насовсем. Она сбросит напряжение, и с ней станет легче разговаривать. Да и боли у нее благодаря облучению к тому времени могут стать слабее.
Розмари опасалась, что, если Джейн узнает, что умирает, она откажется от облучения. Мы все еще надеялись, что процедуры облегчат боли и по меньшей мере замедлят распространение рака. Но мы также знали, что Джейн боится воздействия облучения на ее наружность, особенно опасаясь выпадения волос.
— Тот вид облучения, которому ее подвергают, не должен оказывать подобного воздействия, — пояснил доктор Салливан. — Но если она откажется от него, возникнут сильные, ненужные боли.
— Джейн расспрашивала меня, с какой целью назначается облучение, как оно повлияет на нее. Так что я должен ей сказать? — спросил Ричард.
—Пожалуй, будет лучше, если вы предоставите это мне, — спокойно ответил доктор Салливан. — Я смогу ей все объяснить, и это избавит вас от опасности попасть в ловушку.
— Ну и что же вы собираетесь ей сказать?
— Что облучение и в самом деле дает хороший эффект, но что вместе с тем никто не может быть уверен, что оно вылечит. И это правда. Таким образом, она будет не слишком разочарована, если ей не станет лучше.
— А если ей станет хуже? — упорствовал Ричард.
—Я ее ясно предупрежу, что рак может возникнуть у нее снова. Затем, недели через две-три, если боли у нее не пройдут, я скажу, что, значит, облучение не подействовало. Никакой лжи не будет, Ричард.
—И вы ей скажете, что она умирает?
—Конечно, если станет очевидно, что она этого хочет.
— Тогда, доктор, договорились, — поспешно вмешался Виктор. — К тому времени Ричард будет уже в Штатах. Он может положиться на вас, так как считает, что у нас не хватит мужества с этим справиться.
Это было предложение перемирия, но убедить Ричарда оказалось не так-то просто.
— А что мы скажем ей про анализ костного мозга? — осведомился он. — Она постоянно спрашивает меня и об этом. Думаю, что следует сообщить ей результаты анализа.
— В больнице ей ответили отрицательно, — возразил Виктор. — Если мы скажем правду, то, когда она туда вернется, поднимется скандал. Они заявят, что мы мешаем им проводить лечение, и снимут с себя всякую ответственность.
Доктор Салливан заверил Виктора, что тот ошибается. Он был согласен с Ричардом, что Джейн необходимо сообщить о результате анализа костного мозга. Он обещал, что сделает это сам.
— Сделаете?
— Полагаю, что тебе не следовало бы ставить слова доктора Салливана под сомнение, — смутилась Розмари.
— Ну что ж, пожалуй, мне нужно будет присутствовать при вашем разговоре с ней.
— Постыдись, Ричард, — возмутился отец.
— Все в порядке, — мягко отозвался доктор Салливан. — Нет никаких оснований отказать ему в этом.
Это было слабым утешением для Ричарда, но все же лучше, чем ничего. Ему казалось, что он покинул Джейн в беде. В письме к Джоан он написал: «Я чувствую свою полную несостоятельность, не сумев добиться, чтобы Джейн было сказано все».
Тем временем расспросы Джейн в больнице становились все более настойчивыми. Когда она спросила одного из врачей о результате анализа костного мозга, тот ей ответил, что никаких признаков рака в обследованной кости не обнаружено. Сказать об этом он пообещал ее родителям. И пошутил: «Вы и так уже знаете слишком много, Джейн». Для нее это означало, что она не может ему доверять, что он явно что-то недоговаривает, а что именно — было нетрудно догадаться.
— Доктор уверяет, что Джейн уходит в себя, — сообщил Ричард матери, возвратясь после очередного посещения сестры. И с горечью добавил: — Хотел бы я знать почему.
Розмари промолчала. Она не хотела больше спорить. Всю свою веру в лучшее она вложила в возвращение Джейн домой, в Дэри-коттедж.
Возвращение Джейн домой совпало с началом длинного праздничного уик-энда, составлявшего часть юбилейных торжеств британской короны. Королеве предстояло разжечь огромный костер в парке Виндзорского дворца, находившегося всего в нескольких милях от дома. Это должно было явиться сигналом для разжигания тысяч костров во всех уголках страны. На небольшом участке общественного выгона в конце узкой дороги близ Дэри-коттеджа уже высилась целая куча хвороста, приготовленного для этой цели. Быть может, Джейн будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы полюбоваться пламенем. Она всегда любила костры.
Виктор поехал в больницу проверить, готова ли Джейн к переезду. Остальные члены семьи сидели на террасе, когда услышали из комнаты Виктора шум: он незаметно поднялся наверх переодеться. Когда он присоединился к нам, было видно, что он с трудом сдерживает себя.
— Ты рано вернулся, — заметила Розмари, тщательно подбирая слова. — Что-нибудь не так?
— Нет, все в порядке. — Голос его звучал раздраженно.
—Я тебе не верю.
— Ну что ж, хорошо, — он вдруг взорвался. — Это был кошмар. Джейн меня выгнала. Эта мерзавка орала на меня так, что слышала вся палата!
Они выслушали его молча. Затем Ричард осведомился:
—Как ты думаешь, она приедет сегодня вечером домой?
