Путь к Цусиме полностью

Теперь, после разбора дела о сдаче крепости П.-Артура, для всех сделались еще более понятными и наша тогдашняя растерянность, и наш страх за судьбу этой крепости: в П.-Артуре были допущены весьма большие недочеты в его вооружении; по свидетельству генерала Куропаткина, данному на суде, крепость была вооружена устаревшими орудиями, так как… Обуховский завод не мог доставить нужного количества их, заказ же орудий за границей признавался нежелательным; как будто не орудийные заводы должны были приспосабливаться к нуждам государственной обороны, а наоборот, эти нужды должны были урезываться применительно к интересам отечественных заводов. Но это — все таки только отговорка; полного запрещения заказов за границей для военного ведомства не было, и последнее нередко сообщало министерству финансов о сделанных за границей заказах, как о совершившемся факте. Как бы там ни было, но вооружение П. Артура было и не полно, и плохо. Но это ничуть не помешало военному министру Куропаткину в свое время успокаивать правительство в нижеследующих выражениях: "Мы можем быть вполне спокойны за участь Приамурского края. Мы ныне можем быть спокойны за судьбу Порт-Артура". Это — подлинные слова записки, представленной Куропаткиным по возвращении с Дальнего Востока почти накануне войны. Эти данные были опубликованы графом Витте в декабре 1907 г.

После гибели адмирала Макарова, после высадки Японцев на берегу полуострова выше Дальнего, г. наместник покинул Артур, когда вновь назначенный командующий флотом не прибыл еще на место и не мог уже прибыть туда раньше обложения крепости Японцами; и в результате в Артуре после этого не оказалось более и единовластия. Приказы оставшемуся в Артуре начальнику флота, адмиралу Витгефту, приходили только случайно и не всегда удачно. Прежде всего началось замазывание промахов и ошибок сделанных до войны. "Слабость артурских укреплений[36] дала себя знать немедленно после высадки Японцев; распоряжения наместника о передаче орудий с кораблей на сухопутный фронт следовали одно за другим; устранение одной ошибки порождало другую ошибку, еще более серьезную и роковую. Благодаря этим распоряжениям извне, когда эскадра Витгефта по Высочайшему приказу должна была идти из Артура во Владивосток 28 июля 1904 г., она могла это сделать только уже с неполным числом орудий. Корабли заранее были лишены следующего числа орудий (см. издание "В. К. A. М.", 1906 г., стр. 44):

Ретвизан — 2 шестидюймовых;

Победа: — 3 шестидюймовых, 2 трехдюймовых;

Пересвет — 1 шестидюймовое;

Аскольд — 2 шестидюймовых;

Диана — 2 шестидюймовых, 4 трехдюймовых;

Паллада — 2 шестидюймовых, 8 трехдюймовых.

В письме ко мне, написанном после выхода 1-го издания книги, лейтенант Штер, служивший на крейсере "Новик", сообщил мне, что "для полноты картины здесь следовало бы пометить не только крупные орудия, но и мелкую артиллерию, снятую с кораблей, число которой надо считать сотнями"…

Вместе с орудиями были свезены на берег в соответственном числе и личный состав, и запас снарядов. При выходе из Артура 28 июля, флоту было поставлено главной задачей — не разбить флот противника, а только прорваться во Владивосток. Это наложило известный отпечаток на весь план боя и вызвало известный его исход: одна часть кораблей вернулась в Артур, другая вошла в нейтральные порты, а третья решила самостоятельно прорваться во Владивосток, но закончила свою самостоятельность тоже постановкой кораблей в нейтральные порты. В результате — артурская эскадра распалась, и остатки ее, вернувшиеся в Артур, обречены были на гибель.

По этому поводу капитан Кладо писал в свое время следующее: — "Разоружили флот, состоявший из новых кораблей, для того только, чтобы поддержать агонию слабеющей крепости, свое назначение уже исполнившей и все равно обреченной на падение; погубили артурский флот не в открытом море, не в бою с противником, а совершенно даром, не причинив никакого вреда японскому флоту, который сохранил всю свою силу, чтобы обрушиться на эскадру Рожественского…[37]

В Артуре мы то делали одна за другой "ошибки", а то и просто… спали. Капитан 1-го ранга Бубнов рассказывает по этому поводу следующий любопытный эпизод (см. "Морск. Сборн", 1906, № 12, стр. 31): "В ночь с 8 на 9 июня 1904 г. от нас высланы были в море для крейсерства 8 миноносцев. В эту же ночь подошел к Артуру японский заградитель для постановки мин. Наши миноносцы его не встретили в пути и не увидали. Между тем на батареях этот пароход был замечен; надо было бы его сейчас же расстрелять, но без разрешения командующего эскадрой открывать огонь не смели. А когда с батарей по телефону сообщили об этом на "Цесаревич" и просили разрешения открыть огонь, то из штаба командующего был получен ответ, что… "адмирал спит, и его будить они не будут"…