Путь к Цусиме полностью

Адмирал Того, восемь лет не спуская флага, командовал постоянной эскадрой. Пять вице-адмиралов и семь контр-адмиралов, которые участвовали со стороны Японцев в Цусимском сражении в качестве, начальников отрядов и младших флагманов, а также и командиры судов, — все это были товарищи и ученики Того, воспитавшиеся под его руководством… А с нашей стороны и в этом смысле была полная неподготовленность. Никаких постоянных эскадр под Цусимой у вас не было. Весь состав пришедшей туда эскадры образовался за две недели до боя; сводных учений всей эскадры было очень мало, и самые серьезные из них, измучившие команду донельзя, были накануне самого боя. Младшие флагманы нашей эскадры были только слепыми орудиями в руках адмирала и совершенно не были посвящены в его планы.

Балтийско-Цусимская эскадра (Кронштадт).

Благодаря нашей хронической неподготовленности, — и "сверху" и "снизу", Балтийско-Цусимская эскадра была составлена и отправлена в поход в три приема: сначала нами была послана главная часть эскадры под командой Рожественского (2 окт. 1904 г.); вслед за ним вдогонку был выслан отряд Добротворского; и, наконец, под давлением совершенно некомпетентного в таком деле общественного мнения, опиравшегося только на сделанные авторитетным тоном заявления капитана Кладо[94], помещенные в "Нов. Времени", был отправлен хвост эскадры под командой Небогатова (1 февр. 1905 г.).

Отправка этого третьего отряда не могла, конечно, оказать серьезного влияния на исход боя; и его, действительно, не оказалось. В состав отряда Небогатова могло уже войти по преимуществу только старье из состава броненосцев береговой обороны, построенных в период 1889–1895 г., с малым водоизмещением (от 4100 до 9600 tn), с артиллерией или слабой, или устарелой[95], с броней, ушедшей в воду ниже ватерлинии, от 2 до 3 фут., с изношенными и несовершенными машинами, которые могли развивать не более 12 узлов хода. Комплектование личного состава для этого отряда совершалось чисто канцелярским способом; под могучим напором протекции, влияний, давлений и т. д., было особенно широко допущено у этого персонала отсутствие предварительной подготовки к исполнению принимаемых им на себя обязанностей. В состав команды этого отряда было зачислено особенно много запасных, штрафных, алкоголиков, но не потому, что не было лучших… Отряд был выпущен из Либавы в далеко незаконченном виде, и многие работы доканчивались уже в пути… Любопытно, однако, что, как ни смеялись и ни издевались на эскадре Рожественского над этим отрядом Небогатова, в меру своих сил, отряд сделал больше, чем от него все ожидали: переход от Либавы до Суэца он сделал быстрее всех (Добротворский постыдно плелся и путался в пути — 58 дней, Фелькерзам — 44 дня[96], Небогатов — 39 дней); до соединения с эскадрой Рожественского он дошел в надлежащем виде и заслужил похвалу адмирала; в дороге научился плавать без огней и в таком виде прошел проливы у Гибралтара и Сингапура; без огней же он шел и ночь с 14 на 15 мая 1905 г. в Цусимском проливе, а потому он вовсе и не пострадал от повторных (до 50) минных атак японскими миноносцами в то время, как суда, оставшиеся от эскадры, которую ранее вел сам Рожественский, неистово светили эту ночь всеми своими прожекторами и за это жестоко поплатились; в бой пошел этот отряд, как и другие, по приказу адмирала, с громадной перегрузкой углем, но без дерева, которое заранее было сброшено с кораблей по личной инициативе Небогатова, а потому его отряд в бою и не горел так нелепо, как другие; в бою этот отряд вел себя прилично и, по свидетельству адмирала Того, "Николай" вывел из строя крейсер "Касаги", флагманское судно контр-адмирала Дэва, сделав ему серьезную пробоину, с которой крейсер тотчас же и скрылся в бухте Абурайя; но покинутый нашими крейсерами в ночь с 14 по 15 мая, этот отряд, к сожалению, не ушел ночью обратно, чтобы укрыться хотя бы в Шанхае, а сам пришел 15 мая в ловушку, еще более крепкую, чем та, которую Того накануне этого дня расставил для всей эскадры Рожественского. Не сделав оценки сил неприятеля даже и после дневного боя, и не проявив уже никакой инициативы после того, как был получен приказ потерявшего голову адмирала, Небогатов, очевидно, делал ошибку, большую, непоправимую: сам дался в руки своему вчерашнему противнику-борцу…

Боевое ядро нашей эскадры в сражении 14 мая должны были составлять три отряда; 1-й из них — под командой Рожественского, 2-й — Фелькерзама[97], а 3-й — Небогатова.