Предположение о том, что во всем «неприличном» обвинят Им Минсо, оказалось более, чем справедливым. Хару даже не до конца осознавал, как это будет выглядеть. Все восхищение — группе: «Black Thorn сняли такой крутой тизер, они такие молодцы, такие красивые, такие сексуальные». А весь негатив был обращен преимущественно в сторону создателей: «Некоторым артистам семнадцать, некоторым восемнадцать исполнилось всего несколько месяцев назад, а их заставили сниматься в двусмысленных сценах! Пропагандируют раннее начало сексуальной жизни — в кадре школьники, а намеки на секс не увидит только слепой! Романтизируют мачизм, в тизере молоденькие девушки испытывают нездоровые чувства к явно не самым положительным парням!».
В общем, это было громко.
Ролик долгое время держался в топе YouTube, на него сняли огромное количество разборов, его обсуждали блогеры, упомянули даже в некоторых телевизионных программах, посвященных к-поп музыке.
И уже после выкладки тизера Хару познакомился с кузиной. Ну, как познакомился? Снова встретился.
Семья Пак держала ферму — они были достаточно обеспечены, пусть и не могли похвастаться невероятным богатством. Фермы в Корее обычно объединяются в кооперативы, потому что так проще зарабатывать. Особенно это актуально для тех, кто занимается и садоводством и животноводством одновременно. На говядине можно хорошо заработать, мясо правильно выращенного теленка может стоить дороже, чем автомобиль корейского производства. Вот только вырастить животное с «мраморным мясом» — сложная задача, а уж пройти весь путь сертификации — отдельный квест. Внутри кооперативов люди получали чуть меньше, чем при самостоятельных продажах, зато меньше мороки, ведь все процессы отлажены.
Семья Пак в год продает двух-трех телят, но там мясо не самого премиального качества. Кроме телят, у них еще есть фермерские овощи и ягоды. На юге, в простеньких теплицах, урожай можно собирать круглый год, были бы силы за этим всем ухаживать. Впрочем, в кооперативах обычно есть возможность нанимать рабочих. Так что кузина Хару, пусть и выросла в деревне, бедной провинциалкой не была. Финансовое положение ее семьи было выше, чем у семьи Нам.
Для своих четырнадцати Сольги достаточно высокая — метр шестьдесят как минимум. Фото, которое мама показала Хару, было сильно отретушировано. Скорее всего — самой Сольги. Просто в жизни она достаточно загорелая и с веснушками. А еще у нее тяжелая коса длинной ниже талии. Без шуток, волосы такие густые, что такой «косичкой» можно и до синяков избить. Темно-каштановые у корней, к кончикам пряди почти рыжие.
На взгляд Хару — выгоревшие волосы, загар и веснушки ей безумно идут. У нее такой натуральный, солнечный образ… Но для Сеула она… ну, немного деревенщина.
— Хару-щи, а где ты волосы стрижешь? — спросила Сольги.
У нее начисто отсутствовала робость перед старшим кузеном, который уже стал знаменит. И Хару это нравилось. В общении Сольги действительно была деревенской девчонкой. Вежливой, чистоплотной, но простой, как пять копеек… точнее — как десять вон.
— Я не стригу волосы сам, — ответил Хару, — Меня просто везут куда-то и там что-то делают, моего мнения не спрашивая.
На шоу «Lucky Seven» он пришел с достаточно короткой стрижкой. Во время шоу ему постоянно корректировали прическу, оставляя часть волос длинными. Недавно Хару узнал, что от него хотят, чтобы он постепенно отрастил волосы на затылке до плеч, коротко подстригая только челку — это, на взгляд стилистов, усилит его аристократический образ. Хару уже ненавидел эти удлиненные пряди, они дольше сохнут и постоянно мешаются.
— Лучше не стриги пока волосы, — посоветовала бабуля.
— Так все бабушки говорят, — надула губы Сольги. — Я устала от них…
— Бабуля права, — сказал Хару, — Я говорю честно, не потому, что мне твои волосы жалко: тебе идет. Ты выглядишь ярко, эта толстая коса подходит твоей внешности.
Сольги скорчила недовольную рожицу:
— Я выгляжу как деревенщина… Волосы, загар, веснушки. Девушки в Сеуле выглядят совсем иначе.
— И большая часть девушек в Сеуле неотличимы друг от друга, — улыбнулась бабуля, — Оставь хотя бы до прослушивания. Почти уверена, что в агентстве тебе скажут ни в коем случае не стричь волосы.
Хару согласно кивнул: ему тоже так кажется.
— В к-поп любят яркие образы. Деревенская девчонка — тоже образ. Яркий, понятный… но нетипичный, — добавил Хару. — За несколько дней сойти за коренную жительницу Сеула ты все равно не сможешь. Поэтому — сделай свои «немодные» особенности своим оружием.
— Легко говорить, когда ты — высокий, бледный и с классическими чертами лица, — буркнула Сольги.
— Ага. Но в топе репутации бренда знаменитостей обычно Ким Чанву, смуглый, ниже сто восьмидесяти ростом, глаза без двойного века, — напомнил Хару о внешности «любимой» рекламной модели всех корейских брендов.
Даже Сольги улыбнулась:
— У него глаза добрые. Когда вижу его в рекламе, сразу кажется — он плохое советовать не будет.
