От такой наглости, Доран даже не знал, что и сказать. Удивление от того, что Гоун прошёл целый гарнизон его лучших солдат и магов, так ещё и отрезал его ото всех, заставляли его лицевые мышцы нервно подёргивать.
Он осознавал раньше и понимает сейчас, всю силу графа-заклинателя. Но такое поведение, от него, он уж точно не ожидал. Что ему делать и что следует предпринять, он совершенно не знал.
Пространственную тишину оборвал скучающий голос заклинателя:
— Помогите герцогу найти место, для комфортного начала разговора.
Через секунду, герцога ухватила пара рук, ведя к ближайшему дивану, желая усадить его напротив Гоуна. Силовой хватке, старый дворянин не мог сопротивляться.
— Да что ты себе позволяешь, безродный выскочка⁈ Я за охраной! — бросил сын Дорана.
Когда герцога всё же усадили, а его сын хотел покинуть комнату, его резво перехватил тот каштановолосый юнец. Подбив его под колени, он вывернул ему руку.
— А тебе кто разрешал уходить? — воин прижал сына Глэйсена к стене, больше выворачивая руку.
— Пусти меня, уродец! Такому как ты, нельзя даже прикасаться ко мне! — кричал сын.
Послышался сильный хруст кости, за чем последовал вопль сына, которого схватили уже вторую руку. Жена герцога пронзительно закричала.
— Довольно. Отпусти его.
Холодный голос заклинателя, который смог быть услышанным под аккомпанемент криков, заставил юного воина отпустить сына герцога, но всё же прижать того ногой к земле.
— Я не люблю тратить понапрасну время. Потому, давайте обойдёмся без этих ненужных отступлений и перейдём к делу, — требовательным тоном произнёс Гоун, выводя на свет и сводя домиком бледные руки, одна из которых обезображена шрамом. — Особенно учитывая тот факт, что вы сейчас в подвешенном состоянии.
— О чём ты? — всё же спросил Доран.
— Обо всём: вашей жизни и жизнях ваших близких, без учёта одной; вашей власти, ну и конечно же вашем синдикате. Точнее, он уже перестал быть вашим, — начал Гоун. — Мне уже давно известно, что вы, тайно повелеваете «Красным Ключом». Этого не знали другие, но скоро узнают, ведь ваши посредники у меня в руках, а вместе с ними тонны компромата на вас, точно указывающие на ваше прямое управление этой организацией.
Герцог нервно сглотнул. А его жена, нервно поглядывала на них с Гоуном.
— Если этого мало, у меня в плену лидер уже несуществующей адамантовой команды авантюристов «Пронзающий Ветер», Винс Субрид. Он много что рассказал моим подчинённым о работе на вас. О сведении его команды с криминальными структурами, которые вы же и контролируете. Рассказал о массе делишек, которые он проделал для вас, — проговаривал граф. — Как вы понимаете, Доран, вы и всё чем вы обладаете, уже не считая синдиката, который я забрал себе, теперь в моих руках. И от вас зависит, что будет дальше. Либо я утоплю вас с вашей семьёй, предав позору, унижению, а вскоре и забвению. Либо же, вы будете делать то, что я вам велю.
На короткий промежуток времени в комнате воцарилась абсолютная тишина. Никто не мог проронить ни слова. Даже поломанный сын герцога и то молчал, от пробравшего его страха.
— Хм…кажется я вас не убедил в серьёзности моих намерений. Но ничего, сейчас это исправим. Ведь у меня есть для вас, подарок — сказал заклинатель и щёлкнул пальцами.
В комнату вошла ещё одна фигура воина в сером балахоне с небольшой деревянной коробкой. Поставив её на столик между Гоуном и Дораном, воин отошёл.
Герцог смотрел на это всё, с тем же уровнем удивления с примесью шока, не зная, что делать.
— Ну же, смелее, открывайте — подгонял его Гоун.
Не зная, чего ожидать, старый аристократ пододвинул к себе коробку. Но открыв крышку, он сразу же пожалел о содеянном. Переполненный ужаса герцог отскочил от коробки, вжавшись в диван, на котором буквально только что сидел.
Реакция его жены, была аналогичной, что было неудивительно, учитывая наполнение ящика:
— Ричард! — истошно прокричала женщина.
В ящике лежала отрезанная голова их старшего сына.
— Считаю важным отметить, что мститель, который и лишил его жизни, не знал всей правды. Знал бы он, что именно вы Доран, подали идею об уничтожении его семьи и даже нашли исполнителей, то итог был бы другим. Сейчас, бы я застал лишь ваши истерзанные тела… — как ни в чём ни бывало говорил Гоун. — Считаю, вы должны поблагодарить меня, что пришлось пожертвовать лишь одним членом вашей семьи.
Когда на лице заклинателя, на мгновенье, мелькнула насмешливая улыбка, Дорана пробрал холодный пот. Сердце было готово замереть в приступе.
«Да что он такое?».
— А что вы на меня так смотрите, герцог? — спросил озадаченный Гоун. — Неудобно находится в позиции слабого? Ну, придётся привыкнуть. Ведь теперь, вы и всё что у вас есть, теперь принадлежит мне. И, как видите, идти против моей воли, будет очень болезненно для вас.
Хладнокровность тона заклинателя, только больше заставляла герцога истекать потом, а пальцы дрожать.
