— Да, но мы никому не скажем, что его откроем, правда? — я посмотрел на него в упор.
— Хм. Сделаем, — подтвердил Яков.
И мы двинулись к месту засады, которое я планировал организовать прямо в зале для медитаций.
Ночь в Приюте — особенное время. Звуки глохнут, свет в коридорах горит тише, а сами коридоры становятся сродни длинным тёмным жилам энергетических потоков… отдалено даже чем-то смахивая на… я осекся, зафиксировав любопытную идею.
Хм… на досуге догадку надо будет проверить.
Сейчас же я выбросил все посторонние мысли из головы. Мы с Яшей пробрались в зал для медитаций и сидели тут с выключенным светом. Влад же пошел слушать, не прозвучит ли знак от Демида.
Я ждал, ощущая внутри предвкушение противостояния. Влад появился бесшумно.
— Они взяли с собой двоих, — прошептал он. — И веревки с мешками тащат…
— Ты их видел, как понимаю? — я усмехнулся.
— Видел, Кость, не удержался, когда Демид постучал… — Влад виновато опустил взгляд.
— И сколько их?
— Четверо. Вид у них… ну и самоуверенные козлы! — Влад аж поежился и с презрением сплюнул под ноги.
Как аристократы терпеть не могли сбившихся, так и наоборот. Вряд ли Влад когда-нибудь забудет, какое отношение было к нему со стороны последних.
— Понял, ждем гостей, — распорядился я.
Теперь счет пошел на минуты. Я прекрасно понимал, что ни Святослав, ни Ильяне окажут какого-либо серьезного сопротивления. Попросту не смогут. Для этого я их, во-первых, не готовил — не предупреждал о том, что будет дальше. Во-вторых, аристократов аж четверо против двоих. Ну и наконец, в-третьих, Ивлевы и их дружки в темноте не поймут, что схватили не тех, кого надо. А когда поймут… будет поздно.
Я мысленно усмехнулся, погладив «правило». Так что не одни они горазды делать ночные сюрпризы.
Мгновение, и дверь зала бесшумно открылось — внутрь зашел Демид с совершенно бледным лицом.
— Идут… — выпалил он.
— Приготовиться, мы начинаем, — распорядился я.
…Шорох веревки и ткани мешков было отчетливо слышно в коридоре. Ивлевы и их шестерки наверняка шли вразвалочку. Лица расслабленные, шаги уверенные. Выражение физиономий — как у хозяев этой жизни, которым можно все и им за это ничего не будет. Нет я, затаившись в зале для медитаций, не видел их надменных рож, но такими их рисовало мое воображение, и явно небезосновательно.
У самой двери зала медитаций послышался шорох. Ивлевы, по всей видимости, засовывали ключ в замочную скважину.
— Забыли, что ли, зал-то на ночь закрыть, — послышался голос Романа.
— Тебе ли не по хрену! Открывай, у меня уже руки чешутся, — буркнул второй братец возбужденно.
То, что Ивлевы поведут «нас» в зал для медитаций — отгадать было несложно. Достаточно было включить логику. Зал для медитаций — место прокачки для учеников. И никто не станет задавать вопросов, когда поутру здесь найдут двух новеньких, замученных до полусмерти тренажерами. Ну что с дураков взять? Хотели поскорее подняться на следующую ступень, вот и помирают теперь.
Дверь, наконец, открылась.
В проеме появились дружки Ивлевых, которые несли на плечах Илью и Святослава. Руки и ноги их были связаны по рукам и ногам, на голове мешки…
Интересно, а ведь схватить парней так, чтобы не шуметь и не поднять на ноги нулевых — вряд ли бы получилось. Выходит, что нулевые думали, что нас с Владом отвели на показательную порку?
Ну-ну… пожалуй, так даже лучше. Стучать нулевые не побегут, а вот чем для нас закончится эта самая показательная порка, будет для нулевых сюрпризом. По крайней мере, именно на это я рассчитывал.
— Бросайте их сюда, — властно распорядился Роман.
Илью и Святослава бросили на пол, как мешки с картошкой. Я видел, как напрягся Влад, как и мы все, сидевший в засаде. Для него сбившиеся были товарищами, и наблюдать за тем, как аристократы над ними издеваются, было хоть, вроде бы, и привычно, но уже выше его сил. Однако я заранее взял с него слово, что действовать мы будем только по моей команде.
— Свет включите! — распорядился один из близнецов.
Мгновение, и по залу для медитаций разлился мягкий свет потолочной лампы. Благо здесь никаких датчиков движения не было — все включалось просто, ручками. Тем лучше.
Теперь я уже не в воображении, а собственными глазами видел самодовольные рожи всех четверых. В отличие от нас, эти придурки даже не позаботились о своем инкогнито. И светили рожами, не боясь ни камер, ни даже Астахова. Точно — хозяева жизни.
Я на секунду пожалел, что не могу сейчас ударить по их энергетическим потокам. Нет, такого допускать было нельзя. Астахов после недавних событий наверняка контролирует даже малейшее отклонение энергетического баланса.
Ну а дальше началось все самое интересное.
— Суки… — зашипел Рома Ивлев, срывая с голов Святослава и Ильи мешки.
Надо было видеть рожу этого урода, когда под мешками он увидел лица других людей. От удивления его брови поползли вверх. Настало время моего выхода.
Щелк.
Это был звук, с которым дверь в зал для медитации закрылась изнутри. Все четверо повернули на звук головы и уставились на меня. Я стоял у входа в зал.
— Доброй ночи, уроды, — сухо сказал я.