Гавилара это очень увлекло. Он заявил, что это очень умный механизм, позволяющий сплотить великих князей. Когда-то эта система вынуждала их взаимодействовать друг с другом. Так не поступали уже много веков, с самого распада Алеткара на десять независимых княжеств.
– Элокар, что, если ты назовешь меня великим князем войны? – спросил Далинар.
Элокар не рассмеялся; хороший знак.
– Я думал, вы с Садеасом решили, что остальные взбунтуются, если мы попробуем что-то в этом духе.
– Возможно, в этом я тоже ошибся.
Король как будто призадумался. Наконец он покачал головой:
– Нет. Они с трудом принимают мою власть. Если я такое устрою, меня убьют.
– Ты под моей защитой.
– Ну да! Ты и нынешние-то угрозы моей жизни не воспринимаешь всерьез.
Далинар вздохнул:
– Ваше величество, я воспринимаю угрозы вашей жизни очень серьезно. Мои письмоводительницы и помощники занимаются тем ремнем.
– И что же они узнали?
– Ну, пока ничего определенного. Никто не взял на себя ответственность за попытку вас убить, даже в шутку. Никто ничего подозрительного не видел. Но Адолин говорит с кожевенниками. Возможно, он узнает что-то более существенное.
– Дядя, ее перерезали.
– Посмотрим.
– Ты мне не веришь, – сказал Элокар, заливаясь краской. – Тебе бы следовало пытаться узнать, в чем был план убийц, а не досаждать мне дерзкими претензиями на верховенство всей армией!
Далинар стиснул зубы:
– Элокар, для твоего же блага.
Их с королем взгляды на миг встретились, и в синих глазах вновь сверкнуло подозрение, как уже было неделю назад.
«Кровь отцов моих! – подумал Далинар. – Все хуже и хуже».
Спустя миг лицо Элокара смягчилось, и он как будто расслабился. Что бы ни увидел он в глазах Далинара, это его успокоило.
– Я знаю, что ты хочешь как лучше, – проговорил Элокар. – Но тебе придется признать, что в последнее время ты ведешь себя странно. То, как ты реагируешь на бури, твоя одержимость последними словами моего отца…
– Я пытаюсь его понять.
– Он сделался слабым незадолго до смерти. Это всем известно. Я не повторю его ошибок, и тебе бы следовало их избегать… а не слушать книгу, в которой говорится, что светлоглазые должны быть рабами темноглазых.
– Там говорится не это, – возразил Далинар. – Это искажение. В книге большей частью просто собраны истории, которые учат, что вождь должен служить тем, кого ведет.
– Чушь! Ее написали Сияющие отступники!
– Они ее не писали. Они ею вдохновлялись. Нохадон, ее автор, был обычным человеком.
Элокар посмотрел на него, приподняв бровь, словно говоря: «Видишь? Ты все отрицаешь».
– Дядя, ты слабеешь. Я не собираюсь пользоваться твоей слабостью. Но другие поступят иначе.
– Я не слабею! – Далинару снова пришлось постараться, чтобы держать себя в руках. – Наш разговор зашел куда-то не туда. Великим князьям нужен единый глава, чтобы вынудить их сотрудничать. Я клянусь, что, если ты назовешь меня великим князем войны, я позабочусь о твоей безопасности.
– Так же, как позаботился о безопасности моего отца?
Далинар замолчал.
Элокар отвел взгляд:
– Мне не следовало этого говорить. Это тут вообще ни при чем.
– Нет, Элокар, это одна из самых правдивых вещей, которые ты мне когда-либо говорил. Возможно, ты прав – я не могу тебя защитить.
Элокар уставился на него с любопытством:
– Отчего ты ведешь себя так?
– Как?
– Раньше, скажи тебе кто-нибудь что-то подобное, ты бы призвал свой клинок и потребовал дуэли! Теперь ты соглашаешься.
– Я…
– Отец незадолго до смерти стал отказываться от дуэлей. – Элокар начал барабанить пальцами по перилам. – Я понимаю, зачем тебе нужен пост великого князя войны, и, возможно, ты прав. Но остальные предпочли бы оставить все как есть.
– Потому что им удобно. Если мы собираемся победить, придется причинить им неудобства. – Далинар шагнул вперед. – Элокар, возможно, прошло уже достаточно времени. Шесть лет назад назначать кого-то великим князем войны было бы ошибкой. Но теперь? Мы лучше знаем друг друга, и мы вместе сражаемся с паршенди. Возможно, пришло время сделать следующий шаг.
– Возможно. Думаешь, они готовы? Я позволю тебе это доказать. Если сумеешь убедить меня в том, что они согласны тебе подчиняться, тогда я рассмотрю вопрос о назначении тебя великим князем войны. Устраивает?
Это был разумный компромисс.
– Очень хорошо.
– Вот и славно, – сказал король, выпрямляясь. – Тогда давай расстанемся. Уже поздно, и мне еще следует узнать, чего хочет Рутар.
Далинар кивнул на прощание и вышел из покоев короля, а Ренарин последовал за ним.
Чем больше Далинар думал, тем сильней убеждался в том, что так будет правильно. Отступление не сработает с алети, особенно принимая во внимание их нынешний настрой. Но если он сумеет вышибить из них самодовольство, заставит принять более агрессивную стратегию…
Далинар все еще был погружен в раздумья, когда они вышли из королевского дворца и направились вниз по переходам, туда, где поджидали лошади. Он вскочил в седло, кивнув конюху, который заботился о Храбреце. Конь полностью оправился после своего падения во время охоты, его копыто было крепким и здоровым.
