Он давным-давно должен был сделать это, найти ее и приехать к ней. Но время еще оставалось. С гулко бьющимся сердцем он двинулся дальше по Барнард-стрит, прибавив шагу. Впереди виднелись краны и строительные леса, мощные фургоны и грузовики. Шум стройки зазвучал громче, и открылась картина разрушений. Здесь произошла какая-то невероятная катастрофа, со множеством поврежденных домов, сгоревших деревьев и автомобилей.
Пройдя еще с десяток кварталов, старик вышел к Чатем-сквер. Достал из кармана мятый засаленный клочок бумаги, развернулся и прочитал накорябанные на ней указания. Это было то самое место. «Чандлер-хаус» стоял в дальнем конце парка, на Гордон-стрит.
Узнав здание, старик поднял глаза, и у него оборвалось сердце. Большой просторный отель огородили металлической сеткой, верхние окна заколотили и установили леса. За ними просматривался обгоревший и обрушенный верхний этаж.
Старик крепче взял свой чемодан и направился через площадь. Некоторые соседние дома также восстанавливали, но он их не замечал. Он пересек Гордон-стрит и остановился перед кирпичным фасадом отеля, едва различимым за лесами. Полицейский, стоявший за временными строительными воротами и охранявший вход в отель, подошел к нему.
– Чем могу вам помочь?
Старик ничего не ответил, только смотрел и смотрел на здание.
– Сэр, чем я могу вам помочь? – повторил полицейский.
– Я ищу мисс Фрост, – сказал старик.
– Мисс Фрост? Вы говорите о Фелисити Фрост?
Старик кивнул:
– Она… владелица этого дома.
Полицейский помолчал, переваривая его слова.
– А какое у вас к ней дело?
– Я… – Старик закашлялся, затем прочистил горло и ответил: – Я ее родственник.
– Понятно, – сказал полицейский и после паузы продолжил: – Очень жаль, сэр, но должен вам сообщить, что Фелисити Фрост скончалась.
– Что? – Старик посмотрел в сочувствующие глаза полицейского.
– Сожалею, но она погибла во время этой катастрофы. Если вы обратитесь в городской совет, вам предоставят подробную информацию.
Он вежливо показал, в какую сторону идти.
Старик отошел, но тут же почувствовал слабость и головокружение. Все было как во сне. Перед глазами повисла темная пелена, и та часть его сознания, что оставалась врачом, предупредила: обморок, вызванный резким падением кровяного давления. Оглядевшись, старик увидел гидрант в нескольких шагах от себя, добрел до него и сел. Здесь, в тени, было прохладнее. «Скончалась». Это не укладывалось в голове.
Старик снял шляпу и осторожно положил на колени, но это было последнее, что он запомнил.
Кто-то взял его за плечо и встряхнул, бережно, но твердо и позвал, сначала как будто издалека, а потом уже отчетливее:
– Доктор? Доктор Куинси?
Он поднял голову. Перед ним стоял мужчина, голос которого был смутно знаком.
Старик поморгал, проясняя зрение. Шляпа лежала у него на коленях, а чемодан – между ног, куда он, видимо, сам его и выронил.
А потом все вернулось.
Он снова услышал, как называют его имя, и на этот раз сумел сосредоточиться. Это был тот самый агент ФБР, который приезжал к нему в Берри-Пэтч. Как же его звали? Колдмун?
– У меня болит задница, – сказал Куинси.
– Еще бы, – ответил агент. – Похоже, вы просидели на пожарном гидранте не меньше часа.
Куинси посмотрел вниз:
– Господи!
– Я заметил вас пять минут назад. И подумал, что лучше оставить вас наедине с вашими мыслями. Но хватит, вставайте на ноги. Готов поспорить, вы бы не отказались чем-нибудь перекусить.
– Я не голоден.
– Хорошо, но вы ведь не откажетесь от кофе, правда?
Агент ФБР взял чемодан, помог старику подняться и повел куда-то по тротуару.
Куинси оттолкнул поддерживающую руку.
– А где ваш назойливый напарник?
– Он занят.
– Так вот, я хочу с ним поговорить. Хочу получить какие-то ответы, будь оно все проклято!
– Он сейчас ни с кем не разговаривает… даже со мной.
Они прошли пару кварталов, и онемевшие ноги Куинси потихоньку стали оживать. Колдмун привел его в кафе. Официантка, стоявшая за кассой и проверявшая утреннюю выручку, увидела Колдмуна и нахмурилась.
– И у тебя хватило наглости вернуться сюда! – сказала она, сверкнув глазами.
– Я тоже рад снова тебя увидеть, – миролюбиво ответил Колдмун.
Куинси отметил, что официантка отвела их в дальний угол кафе и усадила за столик рядом с туалетом, хотя посетителей в кафе почти не было.
– Пожалуйста, кофе, куколка, – попросил Колдмун.
– Никакая я тебе не куколка. Даже не пытайся подлизываться. – Официантка посмотрела на ковбойскую рубашку Колдмуна с перламутровыми пуговицами на карманах. – Какая милая у тебя блузка. А для мужчин они что-нибудь шьют?
– Не очень-то вы ей нравитесь, – сказал Куинси, когда официантка отошла.
– За этим я сюда и пришел.
Куинси устало потер лоб. В другое время он бы с удовольствием выслушал такие откровения, но не сейчас. Господи, только не сейчас.
– Видите тот новый кофейник? – спросил Колдмун. – А теперь посмотрите на соседний, с подпалиной на боку. Он, наверное, стоит здесь с шести утра.
– Похоже.
– Ручаюсь, что мне она нальет остатки из этого, а вам даст чашку со свежим кофе из другого.
Куинси недоуменно взглянул на Колдмуна, не в силах понять, что за чушь тот несет.
