Копья могут находиться в подвешенном состоянии до двадцати секунд, после чего их структура начинает разрушаться.
«Очень похожее описание, сразу видно, что эти техники из одной серии, созданные одним человеком, и если я изучу одну из них, то в будущем практика последующей будет даваться намного проще и быстрее. Но если выбирать только одну…то техника Копья Небесной Тверди чисто атакующая, без каких-то дополнительных возможностей, но зато в атаке она очень хороша, в то время как техника Кулаки Небесной Тверди слабее в атаке, зато она более гибкая и универсальная. Если упростить, то выбор стоит между множеством неуправляемых одноразовых снарядов и несколькими управляемыми многоразовыми. Оба варианта хороши, но, пожалуй, я всё-таки выберу управляемость, ибо контроль чрезвычайно важен. Возможно, в будущем я изучу и вторую».
Сделав свой выбор, Ранд не стал колебаться, а сразу же направил поток Ци в палец, которым коснулся нужного талисмана. Тут же в его голову потоком влился огромный объём информации о технике, а вместе с ней и печать, запрещающая рассказывать содержимое техники кому-то другому.
'Неприятное ощущение, но не более. Никакой головной боли или мигрени, о которой вещал старейшина Саран нет и речи. Видимо, моё тело, которое когда-то было на стадии Создания Основания, более устойчиво к подобному воздействию, чем обычный послушник на ранних ступенях Конденсации Ци. А печать забавная, можно было её, конечно, разрушить, но вероятно секта об этом узнает, да и смысла в этом по большому счёту сейчас нет, ибо я не собираюсь кому-то эту технику рассказывать.
Пожалуй, не буду тратить сейчас время на подробное изучение техники, на это ещё будет время, а сразу пойду в Хранилище внешней секты за остальной наградой'.
Глава 30
Всё новое — это хорошо забытое старое
Идя обратной дорогой по второму этажу, Ранд все время держался левой рукой за голову и, хмурясь, изображал сильную головную боль, ибо он знал, что старейшина, хоть это и было несколько маловероятно, может наблюдать за ним и тут, и если бы его состояние никак не изменилось после получения техники, то это выглядело бы как минимум необычно, а Ранд не хотел, чтобы старейшина или секта заметили бы эту его причуду, так как она может навести на опасные мысли. Пройдя в таком состоянии уже пол пути до спуска вниз, Ранд заметил Эйрона, изучающего талисманы с техниками, расположенные недалеко от лестницы. Его всё ещё искорёженное заживающими ожогами тело у многих могло бы вызывать отвращение или даже страх, но для Ранда подобная мелочь не имела значения, поэтому он мог спокойно на него смотреть, не отводя взгляда.
Когда Ранд подошел на расстояние нескольких десятков метров от Эйрона, тот также его заметил, и, перестав рассматривать талисманы, направился ему на встречу.
— Старший Оберин, у тебя всё хорошо? Какой-то у тебя нездоровый вид. — поинтересовался Эйрон, увидев бледное и искривлённое от боли лицо Ранда.
Взглянув на эту обожжённую фигуру, Ранд непроизвольно подумал, мысленно усмехаясь: «ха, от тебя подобное слышать вообще смешно. И с чего это тебе есть дело до моего состояния?». Но свои мысли Ранд озвучивать не стал.
— Тебе показалось, у меня всё отлично. — ответил, сильно морщась, Ранд, и не прекращая неспешным шагом идти к лестнице.
— Понятно, видимо, сейчас не лучшее время для небольшой беседы. Ты уже выбрал технику и сейчас ощущаешь последствия вливания большего количества информации в тело, в котором ещё слишком мало Ци. Как насчёт завтра немного побеседовать после занятия? Мне, кажется, нам есть, что обсудить.
Услышав эти слова своего одногруппника, Ранд резко остановился и посмотрел на обожжённое лицо Эйрона, на котором вследствие его увечья нельзя было прочесть никаких эмоций.
— О чём ты хочешь побеседовать со мной, младший Эйрон? — всё ещё болезненным голосом спросил Ранд, но было видно, что он старается подавить свою боль.
— Об одном нашем маленьком необычном друге. Думаю, что даже в таком состоянии ты понял о ком я говорю. — туманно ответил на вопрос Эйрон.
Эти слова заставили Ранда задуматься: «он имел в виду Виида. Тут не может быть никаких сомнений. Он также заметил странности в нём? Но почему он решил обсудить это именно со мной, а не с кем-то другим, например с дьяконом? Очень уж непонятная эта ситуация, но именно поэтому нужно согласиться, чтобы её разгадать».
Ранд простоял пару секунд ничего не отвечая, как будто ему было трудно собраться с мыслями из-за головной боли, после чего он всё-таки проговорил:
— Хорошо, можем завтра поговорить после занятия. Надеюсь, что эта беседа не будет бессмысленной.
— На этот счёт можешь не беспокоиться, старший Оберин. — пообещал Эйрон, а затем вернулся к изучению содержимого талисманов.
