Шлюпка потихоньку приближалась к шхуне. Это была настоящая красавица — по пять орудий с каждого борта, три мачты с косыми парусами, длинный бушприт. По шкафуту туда-сюда сновали матросы, что-то крепили, мыли палубу. Когда мы подошли к борту, нам была сброшена веревочная лестница, хотя вполне можно было забраться по порадному трапу.
— Отдельной каюты для пассажиров у нас нет, так что Арна — будешь помогать лекарю. Работа не пыльная, там тебя никто трогать не будет. Ты и сама лишний раз не светись. Гол будет нашим юнгой, ему мужская работа по плечу.
— Хорошо. Конечно, есть чего бояться, но я стараюсь поддерживать хотя бы относительную дисциплину на своем корабле.
***
— Эй, парень, что стоишь без дела? — грубый голос послышался за моей спиной.
Ветер был попутный и очень скоро родной остров скрылся за горизонтом. Если быть до конца честным, до этого момента я как-то вообще себе не представлял, что буду чувствовать. Нет, это была не паника, но в груди что-то ёкнуло. Неприятно так. Я почувствовал какую-то детскую, глупую тоску. Я был погружен в свои размышления, и, если быть честным вообще забыл о том, что должен что-то делать. Впрочем, я и не знал этого.
— Эээ… просто задумался, — неуверенно сказал я.
— Я Боцман, Нэар Хоснет, — это был широкоплечий артаниец с аккуратными усами, он говорил спокойно, — Обращаться можно по-вашему, можно и по артанийски, как умеешь. Но как кисейная барышня стоять не надо. Давай-ка в воронье гнездо, Если заметишь чего, сразу докладывай! К полудню тебя сменим.
С высоты мачты, в белёсой дымке на горизонте ещё можно было разглядеть родной берег. Прощай… Гордо развернувшись, я стал вглядываться вдаль, надеясь увидеть там что-нибудь интересное, но горизонт был чист, и я еще не знал, что на самом деле это хорошо.
Так прошел день, затем второй, затем и третий. Я привык выполнять каждодневную работу, хотя плечо, вроде затянувшееся, ныло нестерпимо каждый раз, когда я напрягал руку. Ничего не менялось — ни паруса, ни ванты, ни камбуз. Иногда волны были несколько сильнее, иногда океан засыпал. Ветер, хоть и не был попутным, встречным тоже не был, поэтому наша шхуна прекрасно шла оверштаг, и капитан радовался хорошему курсу. Несмотря на однообразие жизни и рациона, состоявшего в основном из соленого мяса, меня это ни сколько не угнетало, скорее наоборот — эта жизнь мне казалась и размеренной и неожиданной одновременно, ведь с одной стороны и впрямь ничего не менялось, а с другой…
На четвертые сутки стоял полный штиль. За прошедшие дни я ни разу не разговаривал с Арной, хотя периодически мог встретить ее на палубе. Но поговорить не удавалось, я все время был занят. Капитан утром вызвал нас к себе в каюту.
Обстановка не мало меня удивила, — всяческие благовония, дымящийся штар на столе, охотничьи трофеи на стенах. Сразу за мной вошла Арна.
Мы сели напротив капитана, он какое-то время не говорил, просто смотрел на нас. Потом, тяжело положив руки на стол, а вернее на карту, лежавшую там, он начал.
— У меня есть плохие новости. Плохие, прежде всего, для вас. Я несколько теряюсь, и не знаю, с чего начать. Начну, все же, с того, что я обыкновенный купец. Не военный, не контрабандист, не пират и не работорговец. Проще говоря, я не ищу проблем с кем бы то ни было, и не наживаю себе врагов. Но, знаете ли, я был обманут. Некая Калгрениэр, наша общая знакомая, открыто пишет мне… да, что я буду вам пересказывать! Почитайте!
Здравствуй Вендер.
Надеюсь, что твоя посудина еще плавает. Нам будет нужна некоторая помощь с твоей стороны, и мы с легкостью одолеем этих проклятых ящеров. Я прошу, доставь нам некоторое количество пушек, мечей, и мушкетов. Столько, сколько сможешь достать. Мы щедро отблагодарим тебя, сразу после победы, и гарантируем тебе беспошлинную торговлю в наших краях.
Ждем тебя в Хайринте.
Калгрениэр.
— И что? — спросила Арна, и нервно поправила волосы.
— Я хоть простой купец, но не дурак. Естественно мне стало интересно, как она собирается одолеть ящеров. И в порту мне передалиписьмо от одного моего знакомого, и я, растяпа, забыл его распечатать. Хотите почитать?
Калгрениэр проиграла войну. Драконы в ярости. Ни в коем случае не плыви сюда, если драконы узнают, что ты помогал бунтовщице, твой корабль будет обращен в пепел. Эти данные абсолютно точные — Калгрениэр не нужен твой товар, ей нужен корабль, для того, чтобы уплыть из Драгории, скорее всего на остров Ласса, по слухам у нее там есть некоторые связи.
— И что мне прикажете делать? Оставаться верным слову, которое я дал по неведению, или становиться предателем? Из-за того, что я слишком многим стал другом, я теперь, скорее всего, наживу врагов, и знаете, из двух зол я выберу меньшее. Я не поплыву в Драгорию.
— Вот значит, чего стоит слово Артанийского капитана? — процедила Арна, сквозь зубы.
— Подороже, чем слово старой подруги, которую я никогда не подводил! — парировал капитан.
— Арна, он прав, — сказал я, — Он был обманут. Я понимаю, недоговаривать это видимо ваша семейная черта, но он то тут ни при чём.
— Но он пообещал!
