— Что у вас тут происходит? — Арна была явно недовольна тем, что увидела, — кто-нибудь вообще следит за воротами? — В её голосе звучала сталь, которую я прежде в нём не слышал. Она была готова командовать этии людьми. Но это не сильно беспокоило меня, в конце-концов моя спутница хранила много секретов.
Что-то другое, таинственное, магическое, насторожило меня, словно волна темной силы холодным ветром пронеслась по лагерю. Что-то было не так.
Хайринт был мало приспособлен для жилья — длинная каменистая полоса, на которой расположилось всего два ряда шатров, словно одна длинная городская улица. Мы шли, и всюду встречали восторженные, благодарные взгляды, нас здесь давно ждали. Тропинка привела нас к двухэтажному деревянному дому, единственному постоянному жилищу Хайринте. На стене одиноко висел потрепанный красный флаг повстанцев.
Дверь отворилась со скрипом, и офицер пропустил нас вперед, а затем зашел и сам. Я внимательно наблюдал за его лицом, не знаю, почему. И там я прочел удивление.
Во всем доме была одна комната, приставная лестница вела на второй этаж. В центре стоял стол, на котором аккуратными стопками были сложены документы. Шесть человек сидели, словно не дыша, спрятав лица в ладони — знак траура.
— В чем дело господа? — спросил наш проводник, — корабль прибыл…
Казалось, что сидевшие здесь люди, все как один офицеры высших чинов, не захотят реагировать.
— Хорошая новость уравновесит плохую, — произнес один из них, распрямившись, и его примеру последовали остальные, — И так, назовитесь. Калгрениэр сказала, что вы сможете назвать свое настоящее имя, которое она не писала в письмах к вам.
— Меня зовут Арна Кальгон. Я прибыла сюда по просьбе Калгрениэр. Так же со мной прибыл Гол Одан, как мой защитник и помощник. Мы сумели привести корабль «Возмездие», чтобы переправить остатки армии на острова Дремлющего архипелага.
В моей груди бешено заколотилось сердце, когда я услышал имя рода моей возлюбленной. Я сразу попробовал себя убедить, что она может быть очень дальней родственницей короля, а вовсе не его дочерью, но, в самом деле, мне было ясно, что она была той таинственной особой, на которую было совершено покушение у источника, и я не сомневался в том, что она была дочерью короля.
— Хорошо. Теперь мы знаем, что вам можно верить. Присаживайтесь, прошу вас, — он сделал характерный приглашающий жест, в добавление к словам.
Арна, вся сгорая от нетерпения, повиновалась, села, и принялась поправлять волосы, словно в задумчивости прикасаться к подбородку. А взгляд все время был прикован к говорящему.
— С прискорбием хочу вам сообщить, что сестра вашей матери, правительница Драгории, Калгрениэр Эстеррионар, за несколько мгновений до вашего прибытия открыла двери Крикобора.
— Но зачем? — на лице девушки отразилось неверие сказанному. Какое-то время легкая улыбка дрожала на ее лице, но затем, когда она поняла, что никто не собирается шутить и смеяться, на голубые глаза навернулись слезы, — Почему она не дождалась меня?
— Она не говорила ничего, не оставила никакого письма. Другими словами, я не знаю.
Арна бессильно уткнулась мне в плечо и тихо заплакала. От ее решимости и смелости не осталось следа, словно пал последний гарнизон, способный защитить, ее.
— Прошу вас, не нужно. Если вы желаете отплыть на первом же корабле обратно, мы обеспечим…
Арна поднялась, ее лицо было красно от слез.
— Нет! Я хочу остаться… еще на некоторое время. Полагаю, мой спутник, не захочет более иметь со мной дел. Пусть он уходит.
— Господин Одан?
— Вы тут с ума посходили, посмотрите на неё! — я был зол и разочарован не меньше Арны, — Она не в состоянии принимать решения! И здесь ей делать нечего! Арна! Мы поедем обратно, ясно?
— Я сказала, что останусь, Гол. Я напишу отцу, чтобы он заплатил тебе.
— Смеёшься?
— Господин Одан, не могли бы вы быть чуть поучтивее, — с угрозой в голосе спросил один из командиров. Эти люди были сломлены и искали опору, и если такой опорой для них могла стать сломленная девочка, они были не против. Я был в меньшинстве, а значит действовать надо было иначе.
Было не трудно догадаться, что задумала Арна. Она хотела ути в Крикобор, чтобы отыскать в проклятом лесу свою тётушку. Что же, я видел монстров этого леса своими глазами, и в одиночку с ними не справиться. Да и вдвоём, будем честны, тоже. А значит мне нужно было не позволить ей туда пойти.
Для начала нужно было понять, где караулить. Сидеть около ворот не хотелось — мало ли я усну, а они как-то откроются. Не хотелось бы умереть так глупо. Поэтому я постелил себе постель на крыльце, и не смыкал глаз.
Ног Арна не была бы собой, если бы этого не предусмотрела. Она встала глубокой ночью, и вылезла через окно. Я заметил её только благодаря случайности — драгорийская сабля на её поясе предательски звякнула. Я вскочил. Мгновение мы смотрели друг на друга в непонимании, после чего она бросилась напролом к воротам. Я за ней, но нельзя сказать, что я был намного быстрее!
— Арна берегись!
