Через несколько часов после рассвета, к ним прибыл инструктор. Он подошел к колоколу который висел посередине этого убогого лагеря и стал молотить им как сумасшедший. Звон все нарастал и нарастал, этот звук мог поднять и мертвого из могилы. Но насмерть уставшего человека поднять из пустоты в которую они провалились, оказалось сложней. Несколько ребят нашли в себе силы подняться и выбраться на звук. Все же остальные, только по затыкали уши и продолжали спать. Инструктор нахмурился и направился к бараку.
Войдя он обнаружил беспорядочно лежащие тела, пускающие слюни на грязную землю, на которой они спали как на самой мягкой перине, - ПОДЪЕМ!!!! - заорал инструктор Рорит.
Приказ и крик не добирались до уставшего на смерть сознания, но, добирался до плетения, которое окутывало их мозг. Их тела зашевелились, и они поднимались с земли как подвешенные на веревочках марионетки. Сознание не включилось, а тело действовало само по себе.
- Всем выйти на улицу и построиться в шеренгу у колокола, - отдал очередной приказ Рорит.
Мальчишки как зомби двинулись наружу. В процессе движения, они постепенно начали приходить в себя и осознавать, что не принимают участия в преставление ног.
Когда неровная шеренга качающихся и зевающих курсантов выстроилась перед колоколом, инструктор заговорил, - Перед тем как вы пойдете завтракать, - вышагивал вдоль неровного строя, он делал им сейчас поблажки, не пытаясь выстроить их в одну линию и добиться сосредоточенности. Он помнил какого это, - я расскажу о том, что мы будем делать после приема пищи. У вас будет десятикилометровый забег, по пересеченной местности в горах, - он замолчал ожидая реакции.
Постепенно слова инструктора стали доходить до вялого и полуспящего мозга. Но реакция не заставила себя ждать. Некоторые курсанты не в силах сдержать себя, начали причитать о том, что он прикалывается над ними. И это вообще не тренировки, а форменное издевательство.
Инструктор Рорит спокойно отреагировал на шквал недовольства и критики, не пытаясь их заткнуть. Когда гул недовольных голосов стих, он продолжил, - Что же, вижу пару недовольных девчонок, - те, кто причитали, недовольно засопели, - у вас есть прекрасная возможность окончить свои страдания и вернуться к вышиванию и вашим платьям. - На его лице играла ехидная улыбочка. - За моей спиной находиться колокол смерти, - он сделал небольшую паузу давая их мозгу время на осознание его слов, - тот, у кого нет больше сил, легко может позвонить в него и в ту же секунду умереть для всего курса. Как только колокол зазвенел от твоих рук, можешь катиться на все четыре стороны. Для меня, капитана и курсантов ты мертв, тебя больше не существуешь.
Слова инструктора были настолько соблазнительны насколько это вообще возможно. Так легко оказаться в нормальной казарме, с нормальными тренировками и кроватью. Просто позвони в колокол и можешь убраться из этого ужасного места. На некоторых лицах была написана борьба, но большая часть ребят только больше утвердилась в своем желании дойти до конца.
- Никого? - спросил инструктор.
Ответом ему была тишина.
- Хорошо, а теперь выстраивайтесь в три шеренги и двигайтесь к столовой.
Вот у кого на самом деле внутри была буря сомнений, так это у Боргафа. Все что удержало его от того, чтобы молотить в этот колокол как сумасшедший, так это угроза смерти, о которой говорил ректор. Боргу никогда не приходилось преодолевать трудности. Всю свою прошлую жизнь, он занимался только тем, что у него очень хорошо получалось. И тем, что ему по-настоящему нравилось. Только гипотетическая нависшая над головой смерть, удерживало это тельце здесь.
Он шел в одной из шеренг понурив голову, - Судя по тому как выглядит этот сарай, - они остановились у обшарпанной столовой, - нас будут кормить свинячьим дерьмом, - бурчал он себе под нос.
В кое-то веке, он был рад тому что ошибся! Убогость здания никак ни сказалась на качестве пищи. Так питательно и вкусно Боргаф в этом мире еще не ел. Даже в больнице его кормили хуже. Крупы, мясо, много овощей и фруктов. Мальчишки набивали животы как одержимые, не задумываясь о том, что через полчаса им нужно будет бежать десятикилометровый кросс, по горам и узким тропам усыпанным острыми камнями.
Когда кадеты уничтожили содержимое своих тарелок, инструктор нещадно погнал их на 'небольшую' пробежку. После нескольких километров в гору, Боргаф не слабо отстал от остальных. Все его мышцы нещадно болели, кости ломило, в легких вместо воздуха был огонь. И ко всему прочему, позади него был инструктор, который материл его на чем свет стоит. Борг вспомнил как он, ехал в повозке и наблюдал за тем, как капитан Гирт поливает грязью одного из курсантов. Картина была практически идентичной.
- Я, - всхлип, - больше, - начал еще сильнее задыхаться Борг, - не могу! - под ногу попался камень, и он рухнул на тропу, усыпанную острыми камнями.
Боль от падения заглушалась полной истощённостью и нестерпимой отупляющей болью в правом боку от плотного завтрака.
