— Как тебе представление? Не знаю концепцию еретик, но обычно мон-кей в подобной ситуации должны кричать нечто подобное, — заметила Зева’Тара, облокотив подбородок на руку. Её голос был довольно нейтральным.
— Если ты хотела продемонстрировать, какие все друкари ублюдки, в этом нет смысла. Как тот, кто помог вам захватить этих мон-кей, я не буду лицемерно считать себя невиновным в судьбе данных людей, — ответил я, глядя на мучения пленников.
Архонт слегка усмехнулась, обнажив острые зубы.
— Зверь пожирает добычу, чтобы жить, а жертва может винить только свою слабость. Мой высокий готик не очень хорош, но я не понимаю, почему ты применяешь слово «ублюдки». Более правильным было бы применить слово «хищники».
«Ага, а я травоядный бизон,» — подумал я с иронией.
— Думаю, ты права, но я не получу удовольствие, наблюдая как человека пытают.
«Ты провоцируешь эту друкари?» — голос Иши в моей голове звучал обеспокоенно.
«Вы ведь возьмёте под контроль тело в крайней ситуации?» — мысленно спросил я.
«…» — богиня промолчала, что меня не особо обнадёжило.
— Было бы хорошо получать от подобного удовольствие, это можно было назвать интересным опытом первые десятилетия, но сейчас это довольно утомительная рутина, — неожиданно призналась Зева’Тара, рассеянно наблюдая за пытками.
«Неожиданно, перепады в хобби из-за продолжительности жизни эльдар?» — задался я вопросом.
«Да, но ещё из-за физиологии, которая отличается от человеческой,» — ответила Иша.
— Твои подчинённые с тобой не согласятся, — заметил я, глядя на возбуждённых зрелищем друкари.
Архонт оглянулась. Друкари вокруг неё были куда больше рады пыткам, их лица светились восторгом и наслаждением.
— Что поделать, они молоды, для успокоения своей морали необходимо предаваться самообману, — философски произнесла она.
«Ага, именно поэтому вы образовали Ту, что жаждет,» — вмешалась Иша.
«В словах богини столько обиды,» — отметил я про себя.
«Представь, что твоя семья, планы и свобода летят в варп, а всё из-за гедонизма твоих смертных детей,» — ответила богиня с горечью.
— Думаю, среди них не все обманывают свою мораль, — продолжил я разговор.
Зева’Тара кивнула, затем указала на снятые кусочки скальпа, аккуратно разложенные на серебряном подносе.
— Большая часть получает удовольствие от процесса поглощения эмоций, но есть и те… как Арадия. Можешь зайти в её каюту, ты увидишь кожу сотен разных рас, а ещё она любит кожу интересных образцов.
Звучит отвратительно, подумал я, стараясь сохранить непроницаемое выражение лица.
— В высоком готике это называется психической болезнью.
Архонт задумалась, а затем начала что-то вспоминать, изящные пальцы постукивали по подлокотнику кресла.
— Интересно, если взять значение термина, то опасные для общества мон-кей больны. Как жаль, в нашем обществе это бесполезный термин.
«Если эльдары ваши смертные дети, то…» — начал я мысленное обращение к Ише.
«Ты хочешь божественного наказания?» — резко прервала меня богиня.
«…» — я решил промолчать.
— Это попытка сказать, что вся раса друкари психически больные?
«Кой, ты правда хочешь, чтобы она вскочила и вскрыла тебя?» — взволнованно спросила Иша.
«Она не выглядит взбешенной…»
— Возможно, но лучше быть таким, чем мёртвым, — на удивление серьёзно ответила Зева’Тара.
— Согласен, будь у меня выбор, как у тебя, я бы тоже ходил на бесполезный театр боли, — сказал я, наблюдая за пытками.
Друкари вновь улыбнулась, её тёмные глаза блеснули в тусклом свете.
— Ты думаешь, что понимаешь, но не понимаешь. Та, что жаждет, высасывает душу. Не испытав подобные чувства, тебе сложно понять мотивацию жить.
«Это ты не понимаешь. Шёпоты в голове с рождения куда сильнее мотивируют.»
Я на мгновение задумался, затем решил сменить тему на другую, менее опасную.
— Может быть, но Ризалия сказала, что ты перевела рабов-детей в зону технических рабов. Это ведь была не твоя мотивация жить?
Архонт впала в ступор, а затем громко засмеялась. Часть друкари повернули головы, но затем быстро сделали вид, что ничего не замечают, опасаясь привлечь внимание своего лидера.
— Не ожидала, что мон-кей будет спрашивать меня о недостатке рабов на ферме, — сказала она, когда перестала смеяться.
Что смешного? Вы, друкари, правда больные? — подумал я, но вслух спросил:
— Просто интересует твоя мотивация для подобного.
Зева’Тара успокоилась, затем тщательно подбирала слова для ответа, словно это был важный вопрос.
— Дети не испытали в мире радости, у них мало вещей, за которые они будут цепляться. Долгосрочные пытки невозможны, как и размножение. Пусть лучше занимаются производством нужных деталей. Через десять лет можно будет их убить.
«Логично, но не для друкари,» — заметил я про себя.
— Через пару месяцев я уже планирую эксперименты с камнями Иши. Они не успеют умереть от пыток.
Архонт вновь задумалась, её тонкие пальцы коснулись подбородка.
— Значит, рабы станут верующими Иши. В любом случае, лучше, чем бездарно потраченный ресурс.
«Ты точно друкари?» — подумал я с удивлением.
— Впервые слышу столь странную формулировку для спасения детей от участи подвергаться пыткам.
