Позабыв обо всем на свете, Расс принялся тщательно обследовать стены и пол комнаты. Он простукивал их рукояткой ножа, но звук везде получался одинаково глухой, он скреб поверхность стен ногтями, но находил под слоем пыли только прочный бетон, он водил фонариком по каждой неровности на этом бетоне, но так и не обнаружил ничего подозрительного. Комната, в которую он попал, была самой обыкновенной, без всяких потайных выходов или люков в полу. Единственной примечательной вещью в ней была таинственная надпись.
Annotation
Позабыв обо всем на свете, Расс принялся тщательно обследовать стены и пол комнаты. Он простукивал их рукояткой ножа, но звук везде получался одинаково глухой, он скреб поверхность стен ногтями, но находил под слоем пыли только прочный бетон, он водил фонариком по каждой неровности на этом бетоне, но так и не обнаружил ничего подозрительного. Комната, в которую он попал, была самой обыкновенной, без всяких потайных выходов или люков в полу. Единственной примечательной вещью в ней была таинственная надпись.
Минасян Татьяна Сергеевна
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII
Глава IX
Глава Х
Глава XI
Глава XII
Глава XIII
Глава XIV
Глава XV
Глава XVI
Глава XVII
Глава XVIII
Глава XIX
Глава XX
Глава XXI
Глава XXII
Глава XXIII
Глава XXIV
Глава XXV
Глава XXVI
Глава XXVII
Глава XXVIII
Глава XXIX
Глава ХХХ
Глава ХХХI
Глава ХХХII
Минасян Татьяна Сергеевна
Путь наверх
Глава I
Звонкая болтовня расположившихся отдохнуть товарищей, то и дело прерываемая смешками, звучала все тише и тише. Стук шагов гулким эхом отражался от влажных холодных стен и терялся где-то далеко впереди, в темноте уходящего неизвестно куда коридора. Расс держал фонарик со светящимися личинками как можно выше, но ему все равно удавалось рассеять мрак лишь на несколько шагов вокруг себя. Слабый свет выхватывал из темноты лужи, свалявшиеся клубки пыли на сером цементном полу и небольшие горки мусора у стен. Обычный необитаемый коридор, но Расс был почти уверен, что до него здесь еще ни разу не ступала нога человека, и эта мысль делала его поход особенно захватывающим. И, возможно, именно поэтому он, сначала решив просто немного пройтись вглубь коридора, пока его спутники отдыхали, никак не мог остановиться и уходил все дальше и дальше, с робкой надеждой, что, сделав следующий шаг, он высветит перед собой что-то по-настоящему необычное и интересное. Что-то, чего никто из жителей города еще никогда не видел.
Он мечтал об этом с детства, с того самого дня, как они с друзьями впервые сбежали с уроков на необитаемые нулевые уровни, провели там весь день и нашли множество железных гаек, кусков проволоки и других невероятно ценных для каждого мальчишки вещей. И хотя в последующие пять лет их компания так и не обнаружила в диких местах ничего более стоящего, о своих походах Расс не жалел и по-прежнему не сомневался в том, что когда-нибудь ему повезет. Ведь они каждый раз забирались все дальше, каждый раз находили все новые никому не известные помещения…
Луч фонарика уперся в неровную стену, покрытую лохматыми клочьями пыли. Молодой человек раздосадованно охнул, решив, что уткнулся в тупик, но уже в следующий момент увидел уходящий вправо черный проход — коридор просто поворачивал. Закашлявшись в тяжелом затхлом воздухе, Расс свернул за угол и оказался в еще более узком проходе с низким потолком, до которого он без особого труда смог дотянуться руками. Обычно такие неудобные проходы были не слишком длинными, и юноша, привычно сосчитав про себя "Один поворот направо", зашагал дальше. Через несколько десятков шагов коридор сузился еще больше, потом несколько расширился, потом начал немного загибаться влево и снова выпрямился, и Расс, не рассчитывавший, что идти придется так долго, начал уставать и подумывать о том, чтобы вернуться к товарищам. "Ладно, сейчас, еще чуть-чуть пройду — и назад!" — решил он, мысленно посмеиваясь над собственным упрямством. Сколько раз так уже было — он уговаривал себя, а если гулял не один, то и спутников "пройти еще чуть-чуть, до следующего поворота" и умудрялся уйти так далеко от жилых уровней, что домой возвращался чуть ли не ночью! А сколько раз он, сбившись со счета или забыв, в какую сторону поворачивал, терялся в переплетении пустынных коридоров и лишь чудом находил дорогу домой! В детстве это было простительно, но теперь, когда он уже скоро год, как совершеннолетний, вести себя так, пожалуй, несолидно… Вот только детское желание бродить по незнакомым местам и искать неизвестно что все равно никуда не делось…
Пятно света, плывущее перед Рассом, уперлось в глухую стену, и в первый момент он вздохнул с облегчением: теперь можно было с чистой совестью возвращаться обратно и не мучиться мыслями о том, что если бы он прошел еще немного дальше, ему обязательно открылось бы что-то интересное. Он присел возле стены на корточки, привалился к ней плечом и осторожно положил фонарик на пол. Три толстые, испускающие яркое синевато-сиреневое сияние личинки пытались карабкаться по стеклянным стенкам бывшей лампочки, и от этого световое пятно вокруг фонаря слегка дрожало. "Голодные, еду ищут, — подумал Расс. — Не забыть их покормить, когда вернусь!" Он встал и вдруг с удивлением заметил, что дышится в узком тупике довольно легко — не так, конечно, как на последних уровнях с их хорошей вентиляцией, но гораздо лучше, чем обычно на нулевых. Неужели где-то есть проход в какое-нибудь просторное помещение, где много чистого воздуха?
