Магический мир полон волшебных тайн, артефактов и других диковинок. Но когда их разгадывать и уделять учебе внимание? В каждом селе горят костры, а на трактах промышляют разбойники. Люди истребляют друг друга, потому что боятся всего неизвестного. В такой ситуации более верными и преданными друзьями становится нечисть.Родиться нечитаемым магом – значит быть ненавистным всеми изгоем. Чужой для одаренных, чужой для простых смертных. Мама обещала, что я стану великим целителем, если буду очень осторожен и изберу путь одиночества. Но как мне исполнить ее волю, когда мой дар не позволяет мне обойти чужую беду стороной? А неуемное любопытство втягивает меня в незабываемые приключения.
Он уходил, уверенно ступая по хорошо заметной тропинке. Его шаги были легкими, походка напоминала поступь крупного хищника. Не оглядываясь и не задумываясь о том, кого он оставляет позади, молодой, уверенный в себе и в своих силах парень стремился вперед к своей мечте. Рассвет только начинал вступать в свои права. Макушки могучих деревьев Великого леса тронули самые первые лучи небесного светила. Дорога манила его и звала. И зов этот был для него милее всего на этом свете.
Высокий, с густыми русыми волосами, небрежно собранными в низкий хвост и великолепно развитым телом. Черты его лица были правильными и невероятно привлекательными, глаза цвета грозового неба, губы чуть искривлены саркастической усмешкой. Казалось, что к формированию его образа приложил руку сам Бог-покровитель. Одет он был в добротную, крепкую одежду, за плечами удобно располагался вещевой мешок, на поясе закреплены ножны с мечом.
Уходя, парень ни разу не оглянулся на ту, которая провожала его этим утром. На ту, в чьих глазах блестели непролитые слезы, чьи ладони были судорожно сжаты в кулаки, а закушенные губы сдерживали крик. У нее тоже была гордость и униженно просить его остаться она не могла. Знала, что он единственный для нее, что уносит он с собой ее душу, но бежать следом и умолять остаться не могла. Слишком решительно он уходил, слишком молод был пока и горяч. Разные у них были мечты, желания и возможности.
Утро вступало в свои права. Небольшое село неторопливо просыпалось. Перекликались птицы, требовательно подавала голос и более крупная живность на крестьянских дворах. На крыльце маленького домика, отстроенного на краю селения чуть в стороне от всех остальных, стояла высокая стройная девушка с черными, как смоль, волосами. Ее лицо очень ярко отражало ее не совсем обычное происхождение. Глядя на красавицу, ни у кого не вызывало сомнения то, что одним из ее родителей наверняка был высокородный. Не бывает у простых крестьянок таких аристократичных черт и гордого взгляда. Ее черные глаза, пугающие односельчан, всегда смотрели прямо и твердо. Именно за этот взгляд, за ум и умение лечить, за то, что никогда не отвечала ударом на удар, обидой на обиду, за то, что не такая, как все, не принимали в свой круг люди.
Сегодня последний день. Это она знала также точно как и то, что произойдет к концу этого дня. Слишком много девичьих сердец растревожил уходящий под сень Великого леса парень. Слишком явное предпочтение он выказал молоденькой деревенской знахарке, оставшейся без покровительства и защиты воспитавшей ее бабушки Маленьи. Старая знахарка умерла еще по зиме, а у молоденькой девушки было слишком много проблем. Ее не любили. За что? Парни – за недоступность, девки – за красоту, старухи – за неуступчивость, бабы – за то, что даже женатые мужики пытались ухаживать за ней. И именно сегодня их терпению придет конец. Девушка знала, что полюбив и пойдя на поводу у своих чувств, она подпишет себе смертный приговор. Ей не простят – ее гордости и его пренебрежения остальными. К вечерней зорьке дочка кузнеца, считающая себя непризнанной красавицей села и незаслуженно обиженной, убедит всех, что «ведьма» отравила корову, навела порчу на бабку Канью, да и младенец у жены трактирщика умер по ее вине. А значит «ведьму» надо сжечь.
Запылала небольшая избушка. Крепко подпертые двери и ставни вселяли собравшимся возле неё людям уверенность в том, что демоново отродье не выберется из огня. Некому будет мстить. Люди громко кричали обвинения, потрясая палками и камнями. Но ничто не длится вечно. Домик догорал. Удивительно сильный и ненасытный огонь стихал, оставляя после себя лишь угли и остов от небольшой печи. Стихал говор и шум, пришло осознание содеянного. Пряча друг от друга глаза, селяне стали расходиться. Совершенно неожиданно к толпе подбежал рыдающий ребенок и, хватая за руки высокого, кряжистого мужика, запричитал:
– Мамка… Мамка упала и не встает, Лушка плачет, а маленький уже не дышит…
В село пришла беда, но отныне им придется справляться со своими бедами самим. Нет больше бабки Маленьи, умерла. Нет больше в селе и Черной Ланьи. Именно ее они сожгли вместе с избушкой, именно за ее метаниями в дыму и огне они наблюдали с таким неистовством, желая смерти своей благодетельнице, и теперь им придется держать ответ перед богами.
В то время, когда они в молчании расходились по домам, с опушки леса за ними наблюдала та, в чьей гибели не сомневался ни один из них.
Ланья. Черная Ланья. Целительница и ведунья, универсальный маг и прорицатель, редкое сочетание дара позволило ей выйти из огня живой. Совсем не ее метания в огне видели люди. Тень, всего лишь тень. Уже давно была готова девушка к уходу из деревни. Ждала лишь его. Ждала единственной в своей жизни встречи с ним. Дождалась. Теперь ей осталось совсем немного, но за это время она должна успеть передать все, что она знает своему сыну, которого еще нет. Как же тяжело, знать, что было, что будет, что может быть. Ей нужно продержаться как можно дольше и успеть так много.
