– Так и есть,- мрачно произнес Шейн.- Жаль, если для вас это не имеет смысла, но это правда. Я - просто средство выражения для Пилигрима или, скорее, одно из этих средств, а все остальные - тоже, только иным образом. Разве вы не чувствуете себя проводниками идей Пилигрима? Говорю вам - поднимите людей против алаагских штабов, как я говорил, а Пилигрим сделает остальное. Он скажет алаагам, что это значит.
– И что это будет означать? - спросил Питер.
– То, что мы больше не будем для них скотом,- ответил Шейн.
– А что,- тихо спросил Шеперд,- если их ответом будет уничтожение всякого человеческого существа и выжигание всей Земли огнем, раз они не смогут нас использовать?
– Они могут сделать это,- сказал Шейн.- Но у Пилигрима есть надежда, что не сделают.
– Но нет никакой определенности,- заметил Питер.
– Верно,- согласился Шейн.- Нет определенности. Никакой.
Он вдруг рассердился на них.
– Не надо было этого вам говорить! - сказал он.- У нас нет выбора. Мы должны делать то, что необходимо.
Он заставил себя успокоиться. Не их вина, если они не понимают.
– Надо во всем положиться на веру,- сказал он.- Насколько я знаю алаагов, если у них не останется надежды удержать нас, они не станут уничтожать нас из злости. Они бы посчитали такое слишком мелким и ниже своего достоинства. Но они должны быть абсолютно уверены в том, что мы совсем для них бесполезны, и это уже моя работа.
Он набрал в легкие побольше воздуха.
– Вы так и не сказали мне, сколько времени понадобится для того, чтобы собрать людей вокруг алаагских штабов,- заметил он.
Шеперд и Вонг переглянулись.
– Месяц? - отважился Шеперд.- Только чтобы послать сообщение. А потом…
– Слишком долго. Должно быть не больше двух недель, начиная с сегодняшнего дня. Не больше,- заявил Шейн.- Пришло время. Пилигрим это знает. Не говорите мне, что сообщение нельзя послать за несколько дней,- я наблюдал, как слухи разносились быстрее меня, когда я летал вокруг света с помощью алаагов. И не говорите мне, что любое здоровое человеческое существо не в состоянии за вечер сделать для себя приемлемый плащ и посох.
– Вы совершенно забываете о таких вещах, как еда и укрытие,- сказал Питер.- Тысячи, которые придут в город пешком, что они будут есть? Где они остановятся?
– Те, которые придут, должны понимать, что, скорее всего, обречены на смерть. Еда и укрытие не относятся к делу. Если они спасутся, то только чудом.
– Господи! - произнес Шеперд потрясение- И вы думаете, они придут на таких условиях? Может быть, некоторые, вроде нас, могут, но…
– Они тоже часть Пилигрима,- вымолвил Шейн,- они все.- Он почувствовал себя необычайно уверенным. Им овладела какая-то экзальтация.- Вы просто выполняйте свою работу по оповещению всех, о чем я вас просил. Гарантирую, что они придут. Должны прийти. Времени еще меньше, чем думает любой из нас…
– Но…- начал Вонг, однако его прервал звонок телефона. Мария сняла трубку.
– Кто? Шейн Эверт…- начала она, но не успела она больше произнести ни слова, как Шейн ощутил нечто вроде невидимого проблеска, пробежавшего от нее к нему, и вдруг в середине комнаты возникла девятифутовая фигура алаага в белом комбинезоне и черных высоких ботинках. Он повернул лицо к Шейну.
– Шейн-зверь! - Глубокий голос, говоривший по-алаагски, казалось, раздвинул стены небольшой гостиной- Тебе приказано немедленно представить отчет Первому Капитану. Немедленно!
Фигура исчезла.
– …И это время,- произнес Шейн с горьким юмором,- сейчас еще сократилось. Мне только что приказали вернуться в базовый штаб.
Он стянул капюшон с головы, открывая всем лицо.
– Теперь не имеет значения, если вы меня увидите,- сказал он Вонгу и Шеперду.- Сам Пилигрим пришел сюда, чтобы остаться.
Он взглянул на непонимающие лица всех присутствующих - за исключением Марии, которая глядела на него со смешанным выражением радости и страха. Слова офицера-образа, разумеется, не были поняты никем.
– Начинайте оповещать людей, чтобы были готовы в любую минуту,- сказал он остальным трем мужчинам.- Не знаю, когда отдам распоряжение выступать, но это будет скоро. Питер, я, возможно, позвоню тебе, так что оставь номер телефона для контакта. Поручаю тебе передать сообщение другим людям. Мне надо идти…
Он поднялся, и вслед за ним автоматически поднялись остальные.
– Мария,- сказал он, глядя на нее.- Мы отправляемся в Дом Оружия. Сейчас же.
Некоторая доля восторга Шейна, казалось, передалась и Марии. В самолете коммерческого рейса, на котором им было предписано вернуться в Северную Америку, она обхватила руками его левую руку и прижала ее к себе.
– Ты и правда Пилигрим,- сказала она,- теперь.
– Ну… часть Пилигрима.- Он повернулся, улыбнувшись в ответ на ее улыбку.- Пилигрим - это каждый, и ты тоже.
– Но ты - самая важная часть,- сказала она, все так же крепко прижимая его к себе.
– Возможно,- сказал он.- На какой-то миг.
