Однажды Марк Бернес решил подшутить над автором юмористических рассказов Вениамином Рискиндом. Поскольку тот постоянно нуждался и не имел собственного жилья, то друзья снимали ему самый дешевый номер в гостинице «Националь». В час ночи, когда Рискинд, надев свою старенькую полосатую пижаму, приготовился нырнуть под одеяло, вдруг зазвенел телефон.
– Что ты делаешь, Венчик? – спросил Бернес.
– Что можно делать в такое время? Готовлюсь увидеть красивый сон.
– А мы в 201-м номере гуляем. Приехали ленинградцы. Заходи!
Рискинд нехотя встал с кровати, набросил на плечи свой старый клетчатый пиджак и прямо в домашних тапочках пошел к 201-му номеру, который находился на его этаже. Без стука распахнув дверь, он увидел хмурого человека с взъерошенными волосами и трубкой в зубах. Тот что-то печатал на машинке и, как сказал бы подозрительный обыватель, «явно не в нашу пользу». Увидев полуодетого и возбужденного Рискинда, человек оторвал руки от машинки и устремил на вошедшего вопросительный взгляд.
– Довольно трепаться! Где ребята? – спросил Рискинд.
Хозяин номера что-то пробормотал по-английски, и в его глазах появился неподдельный испуг.
– Ну, выходите, жлобы! – сказал ночной гость, обращаясь к плотным портьерам, закрывавшим широкое окно.
И вдруг человек отчаянно закричал.
Услышав крик, в номер ворвалась дежурная по этажу и, схватив Веню за руку, потащила его в коридор.
– Вы сошли с ума, товарищ Рискинд, – тихо, но грозно сказала она. – Ночью врываться к иностранным гостям… Завтра утром обо всем доложу директору.
Веня понял, что стал жертвой розыгрыша. Вернувшись в свой номер, он погасил настольную лампу, лег в постель, но сон не приходил. Ему казалось, что он видит в темноте комнаты лукаво прищуренные глаза Марка. Часа в три ночи он позвонил Бернесу домой.
– Кто? – сонно позевывая, спросил артист.
Изменив голос, Рискинд сказал:
– Попросите Рябцева, только побыстрее.
– Какого Рябцева?
– А того, что делает у вас обыск.
– У нас нет никакого обыска, – в голосе Бернеса прозвучала явная тревога.
– Ах, так они еще не приехали? – сказал Рискинд и положил трубку.
Теперь бессонница одолела и Бернеса.
На такой вопрос наводит жесткость некоторых контрманипуляций: надо не перегнуть палку, создав конфликт там, где можно сохранить мир. Решить этот вопрос под силу только самому защищающемуся, его решение зависит от общей ситуации. Тут есть выбор – от «не услышать» до контрманипуляции, от слабого противодействия до самого сильного.
Иногда можно и «поддаться» манипулятору. Это целесообразно, когда ущерб от манипуляции меньше, чем от ухудшения отношений с манипулятором, или когда другими действиями можно компенсировать свой проигрыш. Так нередко случается во взаимоотношениях подчиненных с руководителями и вообще в ситуациях зависимости от манипулятора.
