Но теперь уже ларский десяток мог стрелять по лоэрнцам, полтора десятка которых упали, так и не доскакав до желанной цели. Трое конных выступили вперед, создав небольшой заслон перед несущейся массой врагов. А четвертый, оруженосец графа, спешился, предоставляя коня своему сюзерену. Но тот только покачал головой. Бежать, бросив оруженосца и остальных? Нет!
Между тем на небольшом пятачке поля, где находился новый каркельский граф, всё смешалось. Падали кони и люди, создавая затор и мешая всадникам пробиться к цели. Некоторые лоэрнцы быстро спешивались, считая, что так легче пробиться к драгоценной добыче. А ларцев, окруженных сотней лоэрнцев, оставалось в живых всего четверо. Нет, уже трое. Двое…
Сзади, со стороны кромки леса на выручку своему графу мчались ларские солдаты, успевшие за несколько минут ближнего боя убить несколько десятков лоэрнцев, но и сами потеряв больше десятка солдат. Часть оставшихся в живых лоэрнцев во главе со своим графом Гвенделом повернули коней в лес, скрывшись за густыми деревьями. А оставшиеся два — три десятка вяло отбивались от наседавших на них пятнадцати ларцев, которые остались на месте стычки, связывая остатки вражеских сил и не давая тем возможности ударить в спину ускакавшим на помощь Ксандру.
Ксандр с остервенением вращал своей грозной секирой, разбивая шлемы и головы врагов, круша грудные клетки, отрубая руки, державшие мечи. Альвер в меру своих сил защищал спину графа, но Ксандр постоянно находился в движении, поворачиваясь во все стороны к окружившим его врагам. Вот он погрузил свою секиру в слишком приблизившегося к нему лоэрнца, но не заметил возникшего у него за спиной рослого врага с такой же двуручной секирой, что была у Ксандра.
Секира лоэрнца уже двигалась к затылку Ксандра, и уже ничто не могло ее остановить. Небольшой меч в руках Альвера тяжелая секира просто не заметила бы, все также продолжив свой смертельный путь. И Альвер бросился вперед, заслоняя собой Ксандра. Секира с размаху прорубила шлем юного оруженосца, брызнула алая кровь, но этих мгновений хватило, чтобы Ксандр вырвав свою секиру из груди поверженного врага, погрузил ее в грудь убийцы Альвера. И тут же изогнулся, выронив секиру, и упав на залитую кровью землю.
Солдат, вонзивший свой меч в главного врага Лоэрна, дико закричал:
— Я его убил! Мои сто золотых!
К поверженному Ксандру бросилось еще несколько разгоряченных битвой лоэрнцев, но победитель, вырвав меч из спины Ксандра, оттолкнул их, не дав добить.
— Он мой! Я его убил. Прочь! Я!
Из — за возникшей свалки лоэрнцы поздно заметили два с лишним десятка ларцев, скачущих от опушки леса, и поплатились за это.
Спешившийся Хелг наклонился над Ксандром.
— Жив! Еще жив!
Но что делать дальше? Их осталось лишь половина от первоначальной численности, а лоэрнцев, хоть и значительно убыло, но было по — прежнему в несколько раз больше. Сзади, у опушки леса оставалось с десяток врагов, но часть отступила в лес. А впереди, ближе к проселочной дороге, по которой они прибыли к себе, тех еще была чуть ли не целая сотня. И Хелг принял решение. Сам он с оставшимися солдатами пойдет вперед, связав основные силы врага, а десяток во главе с Ястредом, все еще находящимся на опушке леса, унесет тяжело раненого Ксандра вглубь леса и попытается скрыться от погони.
Быстро отдав приказы, Хелг повел в свою последнюю в жизни схватку два десятка солдат на лоэрнцев. Однако те вместо того, чтобы с радостью встретить мечами остатки ларцев, стали разбегаться в разные стороны. Это было непонятно. Ведь лоэрнцев было в четыре раза больше. Но Хелг не знал, что предводитель лоэрнцев граф Снури давно уже скрылся в лесу и его солдаты это видели. И они видели, с каким ожесточением сражаются эти ларцы. И они знали, что на проселочной дороге прорвавшихся ларцев будут ждать пятьдесят пиренских гвардейцев — лучших бойцов Черного Герцога. И, наконец, они выполнили главную цель похода. Все видели, как десятник Тентор убил ненавистного графа Ксандра. А, значит, уже нет смысла гибнуть. Пусть теперь это делают пиренские гвардейцы.
Когда лоэрнцы ускакали с поля боя, то перед ларцами на проселочной дороге появился большой отряд с гербами Пирена на щитах. Ларцы пошли в последнюю безнадежную атаку…
Хелг повел два десятка солдат на лоэрнскую сотню. Сотню? Почти сотню, ведь без разницы — сто солдат или девяносто или даже восемьдесят? Слишком большое преимущество врага, чтобы надеяться победить или хотя бы выжить. При двойном неравенстве ларцы ещё могли рассчитывать на победу, как это было у опушки леса, когда пятьдесят солдат во главе с Хелгом и Ястредом скрестили мечи с сотней лоэрнцев. Хотя и там надежда на удачный исход схватки была невелика, однако часть врагов отступила, исчезнув в густом сосновом лесу. Но здесь даже не двукратное преимущество врага. Четырехкратное. А значит, эта атака должна стать последней в жизни двух десятков ларских солдат. И самого Хелга.
