И началась суровая физическая и духовная работа над собой. Лишь в конце июля Марио съездил на две недели домой — побыть с мамой, пока Судья летал с парнями на сборы в Тайланд. На Таиланд у Марио попросту не было денег.
Их тренировки было решено проводить частично в зале, но в основном — на улице. За Кентавром располагалась небольшая спортивная площадка с двухсотметровой беговой дорожкой вокруг заросшего травой поля, турниками, брусьями, 8-миметровым горизонтальным рукоходом.
За несколько часов парни скосили всю траву и выгребли ее за поле. Повыкидывали камни, бутылки и банки с поля и беговой дорожки. Их небольшой стадиончик принял ухоженный вид. Теперь они вполне могли считать его «своим».
— Как спалось? — осведомился Судья Дредд.
Марио удивился такому вопросу.
— Да нормально — пожал плечами он.
— Смотри, плохо спать будешь — значит перетренировался. Хорошо, значит, будем увеличивать — Судья помечал у себя что-то в блокнотике, напоминая доктора, одевшего тайские шорты и рашгард.
В начале июля Судья давал ощутимую нагрузку. Потом она стала просто тяжелой. Каждый день он придумывал все более изощренные способы нагрузить Марио физически, чтобы тот переборол себя и стал чуточку сильнее. И в самом начале, когда тренировка только начиналась и они по обычаю делали легкий кросс по парку, Марио казалось предстоящее невыполнимым. Но он знал, что пройдет три часа, и все закончится, каким бы тяжелым все не казалось вначале.
Судья Дредд не был ему другом, но все же их отношения напоминали дружеские отношения наставника и ученика.
Во время кросса Судья не торопился, подстраивался под темп Марио. Но под конец дистанции, когда они выходили на затяжной двухсотметровый подъем, длившийся до самого клуба, едва вспотевший Дредд ускорялся. И Марио ненавидел этот момент. Он всегда оставался позади и всегда приходил последним, как ни старался догнать Судью.
А потом начинался самый сок. Разогревая тело кроссом, дальше Судья обычно давал нагрузку кросс-фитом[50]. Для Марио это были чудесные деньки.
В один из таких дней Судья в своей манере спросил:
— Что-то смотрю ты не сильно устал — спросил Судья Дредд, подозрительно глядя на Марио.
Пот с Марио катил градом, — он только что прибежал с дистанции и по дороге от Муай Тавра успел немного отдышаться.
— Так, а ну, покатай меня, большая черепаха! — и Судья запрыгнул на спину Марио, — еще два кружка по стадиону.
Теперь Марио думал, что он виноват в том, что не устал. Но делать было нечего. На самом деле, подхватив Судью Дредда под ноги, Марио было не так уж и тяжело бежать с ним.
— Пахать, пахать! Еще кружок! — кричал Дредд, когда Марио пробежал второй круг, — золотой кружок надо делать всегда!
«Золотой» Судья называл ту нагрузку, которая выполнялась поверх заявленной вначале упражнения. Не смотря на кажущийся фанатизм, с которым Судья отдавался тренировкам, он четко контролировал состояние Марио и видел, когда тот мог сделать больше.
— Пошел-пошел-пошел!!! — орал Судья на Марио, клацнув секундомером.
И тот бежал со всех ног, обвязанный поясом с веревкой, к концу которой были привязаны старые железные блины.
— Взрыыыв!!! — ревел Дредд, двигаясь приставным шагом.
И Марио топил вперед, зажмуривая глаза. Судья Дредд никогда не спрашивал во время кросс-фитов больно ли ему и не устал ли. Он просто давал хорошего пинка сзади. И Марио выполнял, что бы не было.
— Резче! Резче! Резче! Вот так! — Судья шел вдоль рукохода.
И Марио перепрыгивал с одной перекладины на другую, хватаясь руками. Он насквозь промок. В гробу он видел такие кросс-фиты. Когда до конца оставалось не больше десяти перекладин, он начал перехватываться с с задержкой. Судья Дредд уже не торопил, зная, что тот может упасть.
Марио спрыгнул в конце и посмотрел на руки. Они ревели от боли, но крови не было. Появилась только огрубевшая кожа.
— Сто отжиманий! Вперед! — секундомер был талисманом Судьи Дредда. Он с ним не расставался и казалось, засекал даже время переодевания Марио.
Сделав еще пару выдохов, дабы выиграть время, Марио встал на кулаки. Начав резво двигать корпусом вверх-вниз, после пятидесяти раз Марио уже начал стухать.
— Темп! Темп! Темп! — орал Дредд.
Марио пытался по инерции дожать сотку. Но «веселый рукоход» высосал порядочное количество силы. К восьмидесяти Марио уже отжимался с расстановкой, понемногу настраиваясь на каждый новый раз.
— Жать! Жать! — Судья Дредд порой волновался за наличие усталости Марио, как за самого себя.
Мышцы торса стали дубовыми. Вот-вот и они сломают сгибающиеся-разгибающиеся кости.
Девяносто третий раз ему просто не дался. Марио опустил корпус вниз, начал выжимать свое тело наверх, на середине мелко-мелко затрясся и упал на пыльную землю. Крупицы пыли ударили в нос. Под щеку угодил острый камешек.
— О, Чемпион! Да ты сдулся!!! Хехе! — гоготнул Судья Дредд и сделал несколько шагов к большой покрышке. Он сел на нее, с ухмылкой смотря на распластанного Марио.
— Я… Я смогу! Продолжить! — заорал Марио и дернул корпус вверх. Медленно, как тяжелая металлическая дверь в бункер, тело пошло наверх.