— И видишь, Марио, и дело даже не в этих тетках. Дело в том, что мы сами сделали их такими. Они уже привыкли, что им никто не уступает место, никто не соболезнует их тучному тельцу. Вот и прут по головам. Главное при этом особые слова приговаривать: «Ох, какая молодежь! Ох, какая молодежь пошла, не толкайтесь!», — и никто не подумает, что эта женщина прет вперед. А она и рада пару ног отдавить, зато сесть быстрей! А молодежь у нас не такая уж и бессердечная в этом плане. По роду своей деятельности, — Ди ткнул двумя пальцами в шею, изображая жест «выпиваю», — довольно часто приходится передвигаться на автобусах, так как денег даже на такси не остается.
Ди смачно затянулся.
— И знаешь, что я тебе доложу? Женщине с ребенком всегда уступят место. Все-гда. Может капля сознательности все-таки остается, а может все-таки человекозавр понимает, что если он не встанет, против него возмутится весь автобус. Вот бабке не всегда уступят, хотя и в большинстве случаев — Ди поднял вверх указательный палец, — и даже женщинам, таким, как те, уступают.
— Ну а ты? Ты прям подскакиваешь, когда бабушка входит? Здрасьте-присядьте!
— Когда пьяный — то нет. Любая бабушка стоит на ногах крепче, чем я. Это когда под градусом. А если немного выпивший, то конечно, я встану. Если она ко мне подойдет. Один раз даже кондуктору уступал — перепутал.
Ди осушил стакан, отер рот рукавом и продолжил:
— И знаешь, что я тебе доложу. Люди уже отвыкли от милосердия. Не знаю, как там было при коммунистах, но сейчас говоришь «Садитесь», на тебя ошалело смотрят и говорят: «да сидите, сидите!». Люди автоматически ищут подвох.
Марио согласно кивнул. Он уже порядком «поплыл». Он вдруг почувствовал незримую связь с этим диджеем. Он вдруг ясно прочувствовал, что они вдвоем сильно похожи. Его душа жаждала открыться этому «праведногневавшемуся» Человеку. Марио почувствовал, что может высказаться ему, что тот должен понять его.
— Верно ты гневаешься, друже, — наигранно начал он, — верно все ты говоришь. Но главное та проблема в чем? Оглянись, вспомни своих знакомых с вечно опухшими лицами. Посмотри на тех людей с синюшными мордами, посмотри. Страшно? — Марио перевел взгляд вдаль, поверх крыш домов, магазинов, проводов, проезжающих машин. Он продолжил:
— Вот как сейчас стою я в очереди в магазине. И мужик передо мной с обширным запахом, перегар изрыгает при каждом выдохе. И мелочь держит в серой ладони, которую тут же, в магазине, насобирал. И ждет — не дождется своей очереди. — Марио вздохнул, — и, знаешь, Ди, сердце у меня болит. Болит и за этого мужика, который уже сам себе не сможет помочь. И за продавщицу тоже болит, она же и рада не продавать, не участвовать в гибели этого мужика, а что поделаешь… — Марио шумно вздохнул и отпил из стакана, — да куда денешься, она как посредник между алкоголем и человеком. Но не продавать нельзя. Он же ведь пойдет и купит водку в другом месте! Поэтому и болит у меня душа за них. И что делать, не знаю.
— И за меня тоже душа болит? — Ди улыбнулся.
— Что? А, да.
— Да ладно тебе, Брат, расслабься! Это их траблы… Надо же, я вот никогда об этом не задумывался… — Ди поправил наушники.
Ночь сгущала свои темные краски. На остановке уже почти не осталось людей. Становилось прохладно и одновременно свежо. Начал накрапывать мелкий дождь, который вскоре превратился в уверенный ливень. Совсем мало машин стало проноситься мимо остановки. Вдоль обочины ехала поливальная машина. У остановки она притормозила, из кабины выскочил коренастый водитель и приблизился к парням.
— Парни, есть закурить?
— Да, конечно, на дядь, держи! — Джей Ди протянул сигареты.
Водитель жестом попросил прикурить, Ди сложил руки домиком и зажег зажигалку.
— Шпашыбо! — распыхивая вокруг себя клубы дыма, произнес водитель.
— Что, мужик, дождь от работы избавил? — Ди улыбался.
— Да, погода нынче такая. Не ждешь, не ждешь, потом как зарядит! Весь день вот жара была, к вечеру выехал, — на тебе! — мужик посмотрел на огонек сигареты, — хороший табак!
— Радуйся! Сейчас поедешь обратно, а потом домой! Выпьешь… Расслабишься! — вкрадчиво говорил Ди.
— Да какой там! — махнул рукой мужик, — мне план делать надо! Работаем и в дождь! Я дальше поеду.
Марио недоуменно уставился на него:
— То есть как это? Дождь же…Он и польет.
— Да какой там! Он только так, пыль к земле прибьет! Нам же смыть ее надо, — мужик сдул пепел с окурка. — Так и работаем, как дураки.
— Это почему же? Едешь — улицы пустые, музычку врубил, ноооочка… клевааа — потянул Марио.
— Да какой там! Быстрей бы смену сдать! — водитель скосился на четверть полную бутылку виски, — ночью такого насмотришься, бывает… Особенно здесь, в центре.
— Слушай, Мужик, а возьми нас с собой! — воодушевленно изрек Джей Ди. — Нас все равно отсюда никто не заберет. Да и тебе нескучно будет!
— Да не, хлопцы! Куда ж вы! У меня работа! — Мужик мелкими плевками затушил окурок, затем подошел и выкинул в урну.
— Ну бывайте, хлопцы! — и направился к своей работе.
Парни молча провожали его взглядами.
— Сигарет хоть бы взял — прошелестел Марио.