Сижу у себя в каюте и пишу отчёты по проведённой операции на Х57. По отчётам остальных групп составляю схемы боевых действий и подшиваю к основному документу. Так же туда включены показания инженеров с астероида и фрагменты синтезированных голозаписей, как тех, что передавал прибор Жнецов, так и тех, что делали камеры на наших шлемах, и что происходило на самом деле. Генерала Балака, вместе с его уцелевшими после боя с пиратами Крулла людьми, передали Хакетту, и теперь дядюшка будет крутить операции в Термине и Траверсе используя этого весьма популярного батарианского военного, или не используя, его дело, не моё. Чарн же, ушёл вместе со мной, думаю, после того как он осядет на Омеге, мне пригодятся его связи и возможности.
В кровати, свернувшись клубочком, спит Лиара, спит и весь остальной экипаж, лишь трое операторов дежурят в БИЦ. Остановка вызвана перегревом теплоаккумуляторов, да и просто все устали. А на Ферос торопиться всё равно нет особого смысла, Назары там нет. А старый гриб Торианин и так никуда от нас не денется. Пискнул инструметрон входящим вызовом, смотрю в окошко связи, это Найлус. Активирую связь, в окне появляется слегка помятая от сна физиономия Спектра.
— Джейн, поговорить бы? — просит турианец.
— Без проблем, — шепотом отвечаю я, — подходи в кают-компанию, там сейчас пусто, заодно чаю попьём, у меня от писанины в горле пересохло.
Встаю и иду к люку, но Лиара почувствовала и сквозь сон спросила: — Куда ты, Жень, и кто звонил?
— Спи, Крылышко, Найлус поговорить хочет. — отвечаю ей я.
— Долго не говорите, я тебя жду.
— Постараюсь, спи давай. — говорю я, спускаясь по ступенькам вниз.
В кают-компании шумит закипающий чайник, а Найлус, колдует с заваркой, он в последнее время, стал заядлым чаёвником, ну, это наверное с подачи Олегыча, тоже страстного любителя этого дела. Сажусь за столик и наблюдаю за священнодействующим турианцем. В заварку идёт несколько видов разных листьев и какие-то травки. Вот всё готово и небольшой чайник ставится на стол. Рядом уже две чашки, вазочка с печеньем, «она-то откуда?», видимо, наставник уже не в первый раз пьёт тут по ночам чай. Он садится за стол напротив и смотрит на меня долгим взглядом, в его чувствах тоска и нежность.
— Что с тобой, Найлус? — спрашиваю я.
— Ты!
— Я?!
— Со мной случилась, ты! Жил себе жил, всё было просто, есть я, есть неопределённое будущее, есть друзья, есть враги. Всё просто! А потом появилась ты, и мой мир рухнул. Лучший друг, наставник, оказался предателем, те, кого я искренне считал шумными обезьянами, оказались совсем другими. Напарниками, друзьями, совсем не такими, какими меня учили их видеть. Такими живыми, близкими, понятными. И ты, чудо которому нет объяснения, та, которая спасла меня от смерти и показала этот мир. Абсолютно иной, совсем непохожий на то, что я привык видеть.
— Ты снова видел меня во сне?
— Да! И это просто невыносимо Джейн, я понял что люблю тебя там! Люблю больше жизни! Объясни мне это противоречие?!
— Это не я, Найлус.
— Не ты? А кто?
— Я пыталась избежать развития событий по этому сценарию, по одному из многих, но наиболее вероятному. Только, похоже, это будущее уже определено. Ты увидишь её позже, если это будущее исполнится.
— Её?
— Это не я, Найлус, это в определённой степени моя сестра, но только увидимся мы с ней или нет, всё ещё не ясно.
— Когда станет ясно?
— Нескоро, года через два-три, и нам всем придётся пройти через страшные испытания. Окунуться в настоящий ад. — Говорю я и чувствую, как турианца отпускает напряжение, мужчина расслабляется. — Тебя что, не пугает эта перспектива Найлус?
— Нет, пусть так, но зато в вопросах личной чести и сердца всё опять стабильно и просто. — Отвечает мне он.
Улыбаюсь, видя напротив себя искреннюю открытую улыбку. — Как у тебя всё просто, наставник?
— А зачем усложнять, Джейн, вся наша жизнь на самом деле, довольно проста и незатейлива, главное, не лгать себе и другим.
— Возможно ты прав, скорее всего, прав.
— Осталось лишь дождаться этой твоей родственницы.
— Ничего, дождешься, у тебя теперь много времени, лет четыреста впереди.
— Это если мы переживём, то, что ты называешь жатвой. Я видел её во сне, Джейн, это чудовищно, на это невыносимо смотреть, но так будет и от этого ещё страшнее.
— Осталось самая малость, убедить Совет в реальности угрозы.
— Мы с тобой постараемся это сделать, Джейн. Я лично сделаю всё, чтобы убедить дядю.
— Эх, если бы это было так просто, что ты ему скажешь? Что видишь сны? Что ты видящий? И ты думаешь, он тебе поверит? А если и поверит, то что будет с тобой? Не боишься, что тебя запрут в какое-нибудь тихое место и превратят в оракула на службе Иерархии?
— Есть такая опасность, но, я попробую убедить дядю не выдавая своего секрета.
— Ну, Бог в помощь. — говорю я Найлусу.
Пшикнули двери главного коридора и в кают-компанию вошла Тали. Девушка шла чуть согнувшись и держалась за живот.
Встревожившись подошли к девчонке.
— Что с тобой, маленькая? — спросил Найлус.
Кварианка засмущалась и с отчаяньем уставилась на меня.