— УБИРАЙСЯ!!!!! — закричала Амира и по ее щекам потекли слезы.
В голове стало тихо-тихо.
Амира стояла у окна. Занавеси были широко распахнуты навстречу лунному свету. Казалось, она чего-то ждет, хотя вошедший Мэй не мог сказать, чего именно, но нахмурился. Прежде чем войти он постучал, но ему никто не открыл, тогда он дернул ручку и вошел.
— Прощу прощения…
Амира не сводила взгляда с луны, но обернулась, стоило ему заговорить. Она быстро дышала, словно была напугана, и смотрела на него глазами такими огромными, что он насторожился.
Снаружи вскрикнула птица, и на них разом обрушился внешний мир со всеми его звуками.
Амира застыла. Ее глаза, глубокие и печальные. Она что-то забормотала.
— Ты ошибаешься. Я… я не такая. — Голос ее дрогнул, и он впервые увидел на ее лице печаль. В ее взгляде читалась такая тоска, что ему оставалось только кивнуть.
— Мне не нужно знать, как умирать, чтобы жить, — просто сказала она, и Мэй не нашелся с возражениями. Сейчас она была другая, ее глаза… он словно бы увидел ее Суть…
Так невозможно хороша.
Наконец она осторожно приоткрыла губы и глубоко вдохнула, словно силясь вытянуть его сердце из груди и спрятать у себя в легких. Именно в эту секунду хладнокровие и недоверие к принцессе пошли трещинами, и Мэй погрузился в теплую пучину смирения.
Амира тряхнула головой злясь на себя, что слова человечки задели ее за живое и вселили страх, она снова потеряла контроль.
— Принцесса! — Мэй подошел ближе, остановился, выдержав предписанные традициями полтора метра, опустился на колено, склонив голову. Когда выпрямился, то объявил, что ее безопасность стала его заботой.
Амира довольно быстро вернулась в свое состояние упрятав Миру глубоко за стены вакуума, и медленно улыбнулась, оценив жест побратима ее жениха. Ей в голову пришла великолепная идея.
Она опустила голову, чтобы ее усмешка была не столь заметна, но подняв голову тут же напоролась на изучающий взгляд Мэйя.
— Готов ли ты выпить зелье-силы?
— Благодарю вас, принцесса, — теперь взгляд Мэйя был ершистый, колючий. Очень похожий на то, что творилось у Амиры внутри.
— И что ожидать от этого зелья? — Мэй холодно взирал на принцессу думая уже о том, что она вновь стала прежней и теперь ему казалось, что там… у окна, ему всего лишь померещилась печаль и истинна в ее глазах.
— Вот и расскажешь мне, — Амира взяла со стола стеклянный сосуд с красной жидкостью, а затем рассмеялась. — Да, брось Мэй. Неужели ты думал, что я отравлю тебя? К сожалению, ни я ни Риар не можем протестировать зелье так как мы должны быть в Конвенции ни под какими воздействиями. Я могу попросить другого, например, Хэффа.
Мэй чуть сощурил глаза и взял с ее рук сосуд с отмеренными миллилитрами, — Если оно такое, как вы говорили о зелье ранее, то я готов его выпить, и вам не помешает в конвенции очень сильный воин.
Амира даже рот открыла, не ожидала она, что Мэй все же пойдет на это. Она тут же улыбнулась и сказала со всей серьезностью:
— Как выпьешь зелье до последней капли ты должен мне говорить все свои ощущения. Это важно. Зелье получилось идеальным, но нужно проверить. И знай, я оценила и благодарна тебе, что ты доверился мне.
Мэй некоторое время сверлил Амиру тяжелым взглядом, а затем полностью, до капли выпил зелье не сводя глаз с принцессы и поставил аккуратно пустой сосуд на стол.
Амира смотрела на него и ждала, но ни одна эмоция не проскользнула на его красивом лице.
— Запоминай все ощущения, мне важно сколько часов или дней продержится зелье придавая силы и, что будет происходить, когда его действие закончится.
Амира вспомнила все ощущения человечки и слегка поморщилась. Мэй заметив ее эмоцию тут же спросил:
— Не исключаете плохой исход?
— Полностью исключаю Мэй. Но буду честна с тобой, это первое зелье сваренное на чудо-воде с добавлением морокка.
— Вы всегда все пробуете лично на себе?
Амира не стала вдаваться в подробности, что зелья, которые она готовила уже были испробованы на практиках другими зельеварами, а вот такое зелье она наверно не рискнула бы проверить на себе. А вот человечка смогла!
И уклончиво ответила: — Как зельевар, я обязана это делать. Еще раз благодарю тебя, что вызвался мне помочь.
— Уж лучше я, чем кто-то другой.
Амира резко вскинула на него глаза, — Ты снова мне не доверяешь. Да что я тебе сделала, что ты так ко мне относишься?!
