Джон подошел ближе и увидел, как профессор подносит тоненькие, толщиной с волос, стержни виктория к органам пациента и тот начинает заполнять их поврежденные части собой. Сначала было ничего не понятно, но потом Джон увидел закономерность и почувствовал викторий – как тот стремится самостоятельно встать в нужные места головоломки. Он делал это с филигранной точностью, но очень медленно.
– Почему так медленно? – спросил Джон профессора.
– В смысле? – не понял тот.
– Ну, викторий – он очень медленно замещает повреждения. Как будто… как будто его заморозили…
– Интересное замечание, – Лоббитс даже оторвался от процесса. – Возможно потому, что мы работаем с замороженными телами и их реакция существенно приторможена. В любом случае – это сейчас не так важно. Потом разберемся.
– А если нагреть? – не унимался Джон.
– Чего нагреть? – Лоббитса начинали раздражать глупые вопросы.
– Викторий, – ничего не замечая ответил Джон.
– Ну как я его тебе нагрею??? Это же викторий???!!!
– Я могу, – невозмутимо ответил Джон. – Поднесите, – и взяв руку профессора он направил ее в рану.
Тот лишь фыркнул и снова приступил к своей кропотливой работе, но вдруг… викторий начал не медленно-медленно ползти, а за одну секунду весь растаял и занял нужное место.
Профессор выпучил глаза от изумления.
– Вот видите, – довольно выпалил Джон. – Так-то оно быстрее, давайте следующий стержень.
Профессор быстро взял следующую дозу виктория и поднес к другому органу. И снова весь викторий расплавился и вживился в человека почти мгновенно.
– Давайте следующий, – в нетерпении требовал Джон.
– Все, – удивленно заметил Лоббитс. – Мы восстановили все повреждения. Осталось наложить швы и запустить сердце с мозгом.
– Так давайте, что-же мы медлим.
Профессор очень быстро и умело наложил швы. Набрал шприц специального раствора, запускающего сердце с мозгом, и впрыснул раствор в сонную артерию.
– Ну все, – сказал он Джону. – Осталось разогнать раствор электрическим разрядом, и пациент должен ожить. Пробуем? – сильно волнуясь спросил он.
– Пробуем! – решительно ответил Джон и подал Лоббитсу дефибриллятор.
Профессор взял устройство и всадил разряд в сердце пациенту… и ничего… пульс не появился. После первого последовал второй разряд… сердце снова не начало биться. Профессор посмотрел на Джона и всадил третий разряд в пациента… и вдруг… раздался писк прибора, имитирующий сердцебиение… за ним еще один… и еще… сердце начало биться.
– Работает!!! – закричал Лоббитс. – Сердце запустилось, сейчас должен активироваться мозг…
И только он это сказал, как мужчина открыл глаза.
Джон с профессором с удивлением уставились на ожившего пациента, а он с еще большим удивлением смотрел на них.
– Что?… что происходит?… – заговорил он. – Где я?…
И вдруг, его глаза закатились и тело начало трястись. Джон с профессором бросились его удерживать, но тело трясло так сильно, что пациент упал со стола и начал трястись на полу. Из его рта пошла пена, глаза иногда открывались и в них просматривался осмысленный, полный муки взгляд, но потом они снова закатывались.
– Что происходит, профессор?!! Что с ним?!! – кричал Джон, пытаясь остановить конвульсии. – Сделаете что-нибудь…
Но профессор молча стоял в сторонке, грустно наблюдая за происходящим.
Джону все же удалось успокоить пациента. Конвульсии прекратилась, но он на всякий случай сел сверху мужчины, пытаясь удержать его руки и ноги. А как только пациент затих окончательно, профессор подошел к нему и пощупал пульс.
– Он умер, сынок, – грустно сказал он и потрепал Джона по плечу. – Его организм не принял викторий. Слезай, помоги мне его уложить на стол и извлечь материал – он нам еще пригодится.
Но Джон не реагировал. Он молча сидел на трупе и смотрел на открытые, пустые глаза мертвого человека.
– Мы убили его, – прошептал он себе под нос. – Вы видели, он был жив, а потом… потом… умер…
– Так и есть, – ласково ответил Лоббитс. – И так, скорее всего, и будет с большинством оставшихся. Мы знали это, я же тебя предупреждал…
Джон продолжал сидеть и смотреть в мертвые глаза человека, которого он пытался спасти и не смог.
– Сынок, если ты устал и тебе тяжело, то давай я продолжу один. Только помоги мне уложить его на стол и иди отдыхай. Я справлюсь…
– Нет! – решительно ответил Джон.
Поднеся руку ко шву мужчины, он дернул ей пару раз и прямо из живота, разрывая кожу и плоть к нему вырвались кусочки использованного виктория.
– Вот материал, – сказал он, и кусочки, превратившись обратно в тонкие стержни, упали к остальному викторию. – Не надо тратить время на его извлечение. И без меня вы не справитесь. Сильно медленно. Я нужен!.. Готовьте следующего, я пока уберу этого.
Встав с тела и взвалив его на себя, Джон понес его в импровизированный морг, предусмотрительно созданный профессором.
Лоббитс, конечно, хотел, чтобы Джон стал сильнее и перестал беспокоиться по пустякам. Но этот решительный настрой, внезапно появившийся в глазах его помощника, почему-то вызывал больше беспокойства, чем радости.
