После некоторых споров, главнокомандующим новообразованного альянса, выбрали главу «Облака» Райкаге Эя. Первым же указом было объявлено о полной мобилизации всех боеспособных шиноби выше ранга генин.
В этот раз не было времени для изготовления специальных протекторов, общего сбора и произнесения длинных мотивирующих речей. Враг уже наступал, двигаясь по незащищённым землям «Огня».
Несколько суток понадобилось лидерам шиноби самых дальних стран, для возвращения на родину. Более близкие страны уже выдвинули свои войска в направлении армии белых существ. Но едва завидев вражеских шиноби, армия белых Зецу уходила в глубь страны. Несколько раз Каге спорили о целесообразности идти в очевидную ловушку. Но в итоге, армии шиноби продолжали гнаться за белыми созданиями.
Столкновение произошло в пятнадцати километрах от знаменитых руин, существовавших как полагают историки, задолго до появления легенд о Мудреце Шести Путей. Стоило только шиноби сойтись в битве с бледными мутантами, как из-под земли появилось подкрепление, окружающее шиноби со всех сторон.
Получив приказ, шиноби «Звука» распечатали колбы с газом, разработанным против Зецу. Увидев данное действие орда клонов лишь расхохоталась, перейдя в атаку. А шиноби расположившиеся в командном центре со скепсисом смотрели на Сенджу.
— Ты говорила, что это сработает, — нахмурился Райкаге.
— Я говорила, возможно это сработает, — огрызнулась Сенджу.
— Попытки остановить армию — бесполезны, — раздался знакомый голос, обернувшись к окну, шиноби увидели пропавшего джинчуурики Кьюби, с одетой хламидой Акацки.
— Наруто? — удивилась Сенджу. — Ты перешёл на сторону Акацки?
— Как видите, — равнодушно ответил блондин.
— Ты же джинчуурики! — рыкнула Сенджу. — Совсем из ума выжил?
— Этот мир прогнил, Цунаде, — с холодом произнёс джинчуурики. — С каждым годом я наблюдал его падение, с каждым годом я убеждался. Пока существует деление на страны шиноби, тут не будет мира. Невинные продолжат страдать от рук сильных. Своими войнами вы загубили простых людей больше, чем всех шиноби вместе взятых. Вы не задумываетесь над последствиями, вы убиваете ради убийств, ища малейший предлог для кровопролития. Вы запечатываете биджуу в детей, а потом выбрасываете их на помойку, смотря как их ненавидит родное селение. Этот мир, мне омерзителен.
— Что с тобой случилось, Наруто? — произнесла Сенджу спокойным тоном. — Я помню наглого крикливого пацана, пришедшего с Джираей в бар Танзаку. Из жизнерадостного подростка, ты превратился в хладнокровного монстра.
— Я всегда им был, просто вы не хотели этого замечать, — равнодушно ответил джинчуурики. — Никто не хотел, я был обычным оружием, без права думать, советники мечтали видеть меня цепным псом, и всем было плевать. Родителям, решившим поиграть в героев, их друзьям, даже тем, кто крестил меня. Всем было плевать. Думаете в таких условиях в сердце человека остаётся место для жалости и сострадания? Найдёте такого человека, с радостью взгляну.
— Цунаде, зачем ты с ним разговариваешь, прихлопнуть очередного Акацки, и всё! — Крикнул Эй.
— Это клон, — ответила Сенджу. — Он не идиот, чтобы приходить сюда лично.
— Меня радует, что Вы не сомневаетесь в моих умственных способностях, — ухмыльнулся джинчуурики. — Может, всё же сдадитесь? Джуби будет воскрешён, и «Вечное цукуёми» осветит этот мир, избавив его от боли, страданий и грязи. Все будут счастливы. Ваша борьба не имеет смысла.
— Мы сражаемся за мир, в котором живём!
— Вы сражаетесь за зловонную помойку, не достойную даже того, чтобы её сожгли, — мрачно произнёс блондин. — Есть вещи, не достойные существования.
— Подумай о том, что скажут твои родители, Наруто, — нахмурилась Сенджу. — Сдайся сейчас, и тебе будет гара…
— …Справедливый суд? — расхохотался джинчуурики. — Как банально. Мой наставник был почти во всем прав, большинство людей, и правда… мусор. Мне плевать на вас, так же, как и вам плевать на меня. Не нужно строить иллюзий о моем внезапном просветлении, и переходе на «светлую» сторону. Я и есть — Свет!
— Ты безумец, Наруто, — с грустью произнесла Сенджу. — Подумай о Кушине, ты хочешь разбить сердце своей матери?
— Матери? У меня её никогда не было, — фыркнул Узумаки. — Были только — Я и Кьюби. Не пытайся взывать к моей совести, женщина, у меня её нет. Я — чудовище, порождённое чужими желаниями.
— А как же Карин? — притворно улыбнулась Сенджу. — На неё тебе тоже плевать?
— Карин? Эта наивная дурочка? — вновь расхохотался Узумаки. — Карин мертва, я вырвал её сердце, вот этой рукой. Должен признать, из неё вышла замечательная шлюха.
— Ты и правда, чудовище, — нахмурилась Сенджу.
— Меня создали все вы, как и других подобных мне, — ухмыльнулся джинчуурики. — Вы используете детей как живое оружие, так что, не нужно устраивать тут слезливые сцены с высокой моралью. Я монстр, порождённый вашей системой. А вы — мерзостные твари, что меня создали. Так что, не смейте меня в чем-то обвинять, шиноби сами виновны в сложившийся ситуации. Счастливого вымирания, — улыбнулся клон, перед тем как развеяться.
