– Погляди отец, какая красота и совсем не нужен факел, только надо быть очень осторожным с такой рукой… – Святозар посмотрел на восторженно-удивленное лицо правителя, и, засмеявшись, пояснил, – этот заговор придумал, я, будучи Богомудром, когда был очень молодым. И однажды вот так с горящей рукой вошел в покои своей жены, знаешь отец, она так закричала, – наследник на мгновение затих, сдерживая рвущийся из себя смех. – Не хорошо конечно смеяться, но в тот миг, я так и не понял, кто больше испугался она узрев своего мужа с горящей рукой, или я услыша ее душераздирающие вопли. И ведь отец, я так напугался, что какое-то время так и стоял, держа руку впереди и не зная, куда ее спрятать. Правда любимая пришла мне на выручку схватила, укрывало, подбежала и принялась ее тушить. – Святозар смолк, посмотрел как от его сказа беззаботно засмеялся правитель, и досказал, – ага, отец, тебе смешно, а мне то было тогда не смешно… Потому как в тот же миг как моя жена укрыла мне руку, в надежде потушить ее… в тот же миг лазурным светом вспыхнуло и укрывало, и моя жена.
– И, что же было дальше? – продолжая смеяться, спросил отец.
– Да, ничего хорошего… Руку и жену я потушил, а укрывало… – Святозар оперся о плечо правителя, и громко хохоча, закончил, – а укрывало почему-то не тухло… Знаешь так и светилось несколько дней подряд пугая в темноте мою жену и маленького Лучезара.
– А почему укрывало не потухло? – поинтересовался правитель, когда оба они успокоились и принялись подниматься по лестнице на второй этаж.
Святозар остановился, повернулся к правителю, широко улыбнулся, и недоуменно пожав плечами, сказал:
– А, кто ж его знает, отец, почему оно не тухло. Поверь мне, чего я только не перепробовал, а оно продолжало сиять. Тогда жена сказала мне, чтобы я его, раз не могу исправить, и вообще убрал из покоев. Так как маленький Лучезар, просыпаясь по ночам, пристально на него смотрел, а после начинал так плакать, что жена подолгу не могла его успокоить… И чего его пугало в этом укрывале не понятно… Такое красивое, нежной лазурью горит… Я им, потом покрыл свое сиденье в тронном зале и приезжающие ко мне посланники от других народов поражались его красоте и сиянии.
– А затем, что с ним случилось? – подтолкнув сына вперед, чтобы он продолжал прерванный путь, и, следуя за ним, поспрашал правитель.
– Со временем отец сияние стало спадать… и немного погодя пропало, – ответил Святозар. Он подошел к своей двери в опочивальню, толкнул ее, и когда она стремительно отворилась, произнес, – ну вот отец погляди, в моих покоях тихо и спокойно. И я могу благополучно укладываться спать. А теперь дотронься до моей руки, – правитель едва коснулся полыхающей руки сына и тотчас по его руке побежали искорки лазурного света. Миг спустя они ярко вспыхнули и на самую малость окрасились в золотистый свет, еще морг и они вновь лазурные, теперь и у Ярила рука сияла лазурным светом. – Отец, как захочешь потушить дунь на нее и скажи потухни, – пояснил Святозар. Он смолк с любопытством обозрел правителя разглядывающего сияющую руку, и задумчиво протянул, – знаешь отец, а твоя душа горит золотистым светом, интересно то как… Несмотря на то, что моя душа лазурная, в магии мне доступны два цвета лазуревый и золотистый, потому древко Богомудра было золотым, а мое лазурным.
Правитель оторвал взор от светящейся руки, посмотрел с теплотой на своего старшего сына и весьма нежно изрек:
– Иди, мальчик мой дорогой, отдыхать и доброго тебе сна!
Закончившийся месяц студень сменил второй месяц просимец, Святозар был так все время занят с Храбром занимаясь с ним на мечах, и с Туром которого обучал магии, что и не заметил, как начался последний зимний месяц сечень. Именно на середину этого месяца намечался поход к южным границам Восурии.
Наследник выехал вместе с правителем на лошадях, из престольного града в деревню, так как оттуда сегодня уходила пешая часть воев с обозом во главе со старшим кузнецом Братишой. Людей собралось много, они пришли провожать ратников на войну, понимая, что многие могут не вернуться. Святозар оглядел собравшихся людей, груженые повозки и тяжело вздохнув, спешился, да вместе с отцом подошел к Братише, оный узрев правителя, обнял напоследок жену и поспешил навстречу прибывшим. Святозар видел Братишу не в-первый раз, но только сейчас смог хорошо разглядеть его. Это был высокий, крепкий, дородный мужчина с темными, каштановыми волосами и такой же темной, густой бородой, с большими ясными, серыми глазами.
– Здравствуй Братиша! – приветствовал кузнеца правитель и крепко обнял.
– Здрав и ты будь, правитель! – ответил кузнец, и, высвободившись из объятий правителя, слегка приклонил голову, в знак уважения.
– Ты же не знаком с моим сыном, наследником Святозаром? – спросил правитель.
– Нет, правитель не знаком, но наслышан, – благодушно улыбнувшись, ответил Братиша.
