— Можно и не показать кровь, но снять пытки на дыбе так, что зрители услышат хруст разрываемых суставов, — Cерж сказал это так выразительно, что Тима даже передернуло.
— Звучит, как откровенный садизм! — подвел итог своим впечатлениям Тим.
— Ха, про что и говорю. Кстати, сейчас рассматривается закон о введении налога на материалы в СМИ, содержащие элементы психологического садизма…
— И кто же будет отыскивать эти элементы? — Тим с трудом вникал в обновленную систему общества.
— Вот это и является самым сложным… — вздохнул Серж.
— Постой, — перебил его Тим. — Институт разрабатывает новые приборы, а ты, случайно, не принимаешь участие в проектировании нового оружия?
— Создание оружия на основе новых технологий — это неизбежно, — немного грустно проговорил директор Института.
— А тебя не будет мучить совесть? Твое оружие будет убивать людей! И не на экране телевизора, а в реале! — вся усталость и дрёма слетели с Тима от такого серьезного поворота в разговоре.
— Гм-м, будешь ли ты против оружия, которое делает стальные пружины мягкими, как пластилин, или хрупкими, как стекло?
— И какой в этом смысл? — не понял друга Тим.
— Такой, что даже простейшее стрелковое оружие перестанет работать, не говоря о более сложных механизмах, — с легкой гордостью объяснил он Тиму.
— Ну и ну… — только и осталось сказать циркачу.
— Кстати, эта технология уже дала потрясающий эффект в медицине. Мы научились на короткое время размягчать костную ткань, делать ее пластичной, это позволило легко исправлять дефекты скелета и зубов человека, — делился достижениями института Серж.
— Здорово! — с легкой зубной болью вспомнил Тим свои визиты к стоматологу в детстве.
— Не пора ли закругляться? — спросил Серж. — Похоже, ты уже пожалел, что променял нашу разговорчивую компанию на квартирное одиночество?
— Да, то есть нет… — запутался и засмущался Тим. — В общем, давай и правда закругляться. Просто тема очень интересная оказалась…
— Считай, проверка связи прошла успешно, — засмеялся Серж.
— Напоследок такой вопрос…
— Еще не все?! — шутливо возмутился Серж.
— Почему большинство людей по-прежнему пользуются обычными телефонами? — «не услышал» комментария друга Тим. — Секретари в перстнях и серьгах дорого стоят?
— Проблема не в цене. Проблема в дисциплине внутренней речи. Многие не могут ее затормозить и без конца тараторят одну и ту же фразу. При этом перескакивают на другую, не договорив первой… В общем, сумбур получается.
— Мне вроде бы удалось с этим совладать при первой тренировке… — подметил циркач.
— Внутренний мир людей отличается намного сильнее, чем их внешний вид… Ты уже устал. Спокойной ночи, старик.
— Спокойной ночи, Серж.
— КОРРЕСПОНДЕНТ ОТКЛЮЧИЛСЯ, — объявил секретарь из перстня.
«И правда, утомительно с непривычки беседовать, не раскрывая рта», — подумал Тим, садясь за домашний компьютер. Осталось только взглянуть на клип танца Шивы и можно с чистой совестью ложиться спать.
— Рита попала в точку — с утра телефон в редакции разрывается! И это только «ранние пташки» твою статью про мужской гарем прочитали, — подвела итог номера главный редактор издательства Светлана Галкина на еженедельном «разборе полетов». — Молодец, нашла правильный тон — не осуждающий, не поучающий, а просто сообщающий.
— И читатели нам сообщают свое мнение, — подхватила разговор редактор «Вечерки» Катерина. — Хм, только какие сообщения для этой самой Наташи мы поставим в газету? То, что сегодня мне пенсионерка Мария Петровна сказала по телефону, на бумаге многоточиями заменяется. Вот и получатся «в каждой строчке, только точки», как в старой песне поется…
Журналисты тихонько засмеялись и перекинулись понимающими взглядами.
— Думаю, выводы делать еще рано. Основная масса читателей добираются до последних страниц газеты только на выходных, а сейчас всего два часа пятницы, — подвела промежуточный итог главный редактор. — Полагаю, что среди однотипных «ругалок аморального поведения» найдется хотя бы один нетипичный отклик. Время у нас есть, подождем. В следующий номер планируем интервью с гаремом Султана и…
Рита вдруг нервно закашлялась — не любила она такие «планировки»: обязательно что-нибудь срывалось. А этот материал еще сверять придется, и неизвестно, может, несколько раз переписывать. К тому же, он вообще еще не написан…