— Не совсем… понимаешь, я просто не знаю, что там меня ждет, и как встретят. Очень долго не был дома… Впрочем, не обращай внимания. Я различаю понятия «хочу» и «должен».
— Неужели так необходимо смотреть на жизнь так мрачно? — Сникла я. — Так я уже чувствую себя виноватой за то, что коварно втянула во всю эту заварушку невинного тебя!
Эльф хмыкнул.
— Кто кого втянул, это действительно не сразу и определишь. Ладно, не переживай. Все не так уж плохо. В том числе и с твоими волосами.
— Ой, а что там, что там?? — Я запрыгала вместе со стулом. Эльф отошел к кровати за сумкой.
— В отличие от гребня, зеркала у меня с собой точно нет.
— А в зале не будет?
— Откуда и зачем?? Наблюдать смену стадий хмеля и похмелья на лице и восхищаться??
— Неужели во всей таверне не будет завалящего зеркала? — Недоумевала я, пытаясь возместить его отсутствие хотя бы общупыванием головы. Насколько я поняла, косички поднимались от висков и ушей и вливались в центральную, сложного плетения, но при этом кожа между волос оказалась закрыта. Центральная коса шла по всей голове и одиноко спускалась вниз. Болтающийся кончик я ухитрилась поймать и рассмотреть. Увиденное меня не разочаровало, и я понадеялась, что и остальное не хуже.
В зале, несмотря на явную рань (солнце только поднималось над крышами) были заняты все столы. Завтрак прошел в тишине. Ковыряясь в яичнице и прихлебывая едва теплый травяной чай, я поглядывала в окно, пинками отгоняя от себя прилипчивую сонливость, но та продолжала крутиться где-то рядом.
Эльф тоже изучал свою тарелку без особого аппетита.
— Куда мы теперь? — Поинтересовалась я, втайне страшась объявления, что на еще один заказ.
— На рынок. Вчера, если помнишь, мы успели купить не все. А затем дальше в дорогу. Там примерно два дня через лес…
— Не-э-эт! — Отчаянно простонала я, роняя голову на руки, скрещенные на столе.
— Да-а-а! — Передразнил меня Динар. — В следующем городе я узнаю, как лучше срезать, потому что дальнейшую дорогу помню плохо.
Я мрачно жевала пирожок, решив снова заесть стресс. Мда, с такими принципами я скоро не буду проходить в дверь! Пирожок, в отличие от подгоревшей глазуньи, оказался вкусным, снова с мясом. Эльф к тарелке с выпечкой почему-то не притрагивался, я же не обратила на это внимания. Может, он, когда выезжает в город, становится вегетарианцем. Откуда мне знать?
— Ты все?
— Угу — Я залпом допила чай, прихватила еще три пирожка и потопала к выходу первой, пока эльф расплачивался. У двери сообразила, что никто меня не догоняет, и обернулась.
Эльф спорил с хозяином, тихо, но недовольно. Тот строил невинные глазки, но вытянутую ладонь не убирал, хотя оплата там уже лежала. Наконец, недовольно сверкнув очами, Динар доложил еще несколько монет и мрачно пошел ко мне с таким видом, словно нес нацеленный на дверь таран. Я даже отступила в сторону.
Диннариэль вышел, оглянулся, наморщив лоб и о чем-то раздумывая, пока тонкие пальцы что-то быстро вертели, а потом со внезапной усмешкой показал мне это «что-то». Это оказался перстень-печатка хозяина таверны, с сине-голубым дымчатым камнем, наверняка еще теплый от пальцев хозяина. Прям под цвет глаз.
— Справедливая месть. — Хитро прищурился эльф и пошел в сторону конюшни.
Горбатого могила исправит!
Конь, выведенный на улицу, с накинутыми на столбик поводьями, спокойно стоял, пока Динар прилаживал к седлу наше имущество. А завидев меня, тут же испуганно попятился, нервно помахивая хвостом. Я, уже нацелившись на седло, с недоумением остановилась и даже перестала жевать второй пирожок.
— Эй!
Конь протестующе всхрапнул, когда я сделала несколько шагов вперед. Очевидно, вредное создание еще не забыло случай, когда я привела за собой на поляну метаморфа. Нет, ну какой злопамятный, а…
Я принялась хищно кружить вокруг, дразня животное, оно недовольно на меня косилось, угрожающе переступая на месте.
— Най, прекращай. — Эльф уже сидел в седле. — Брось это дурачество, да и пирожки брось. Неизвестно еще, что это мясо раньше делало, мычало или мяукало. Или тоже всякими глупостями занималось.
Я застыла как вкопанная, а потом начала старательно отплевываться, с ужасом глядя на этого… этого… — А предупредить было сложно!?
— Зачем ломать человеку удовольствие? — На меня посмотрели самые честные и невинные глаза в мире. Мол, о чем вы, девушка, ради вас же молчал в тряпочку.
Прислушавшись к внутренним ощущениям, тошноты я не ощутила, и, плюнув на все — и так уже столько съедено — попыталась самостоятельно вскарабкаться на седло. Эльф специально освободил стремя, я вцепилась в его плащ и седло, и к моему изумлению, у меня получилось!
— Ладно, пора в путь-дорогу на местный Черкизов. Трогай. — Благосклонно разрешила я. Эльф покосился на меня, пробурчав: «Что именно мне трогать?», и пустил коня вперёд по улице. Я задумчиво повертела в руках еще один пирожок, потом решила заделаться пофигисткой и укусила.
***
Хруст раздался неожиданно.
