Духовность – это работа, работа любви. Любой любящий человек знает, что любовь это не отдых. Любовь есть предельное напряжение всех чувств, мыслей, ощущений. Это полнота жизни, а полнота не может быть отдыхом. Полнота не может породить ощущение расслабленности. Хотя переживание полноты бытия и порождает ощущение пребывания в Мире как дома, исчезновение ощущения неуверенности: а там ли я, а здесь ли мне надо было бы жить, в это ли время, среди этих ли людей? И вообще, имеет ли ценность одна персональная жизнь, может быть, нужно мыслить сразу пакетами воплощений? Как некоторые говорят: а что там мыслить одной жизнью, подумаешь, какое-нибудь энное количество десятков лет!
Отношения с миром
Известно, что когда человек находится в социуме, социум пытается его зафиксировать в конкретном определенном образе, поэтому не принято, чтобы человек имел несколько образов, это сразу вызывает напряжение и негативную оценку. А вот когда он «верен себе», то есть верен одному и тому же костюму, одной и той же прическе, одному и тому же выражению лица, вот тогда молодец, социальная «цаца». Это естественно, потому что социум стремится к повышению уровня предсказуемости. Это характерная особенность его устройства. Если человек не осознает устройства, внутри которого он пребывает, то думает, что так и надо и что он такой и есть. Некоторые умудряются этот образ, этот костюм, это выражение лица не снимать даже ночью. На всякий случай.
Когда человек выбирает другие отношения с Миром и ему удается их реализовать, он открывает свое многообразие, свою пластичность. И тогда верность самому себе выразится в реализации как можно большего диапазона своего многообразия. Человек поворачивается к Миру различными сторонами, и Мир в ответ поворачивается к нему своими разнообразными гранями. Такой человек не изменяет чему-либо или кому-либо, такой человек изменяется.
Когда человек в таких отношениях с Миром и с собой, то, естественно, его отношения с другими людьми тоже приобретают иной характер. Он видит не только то, что ему упрямо подсовывают, то есть некий закрепленный образ другого человека, его таковость, а начинает видеть потенциальное многообразие каждого. Такой человек может преодолевать некий обязательный уровень конфликтности за счет того, что видит перед собой многомерное существо, что дает новые возможности нахождения путей друг к другу, возможности находить такие пути общения, которые преодолевают стандартный конфликт. И, обращаясь к этому многомерному существу, человек может посодействовать его пробуждению и его ощущению себя многомерным.
Поэтому и говорят, что самое духовное, что может сделать духовный человек для других людей, – это быть самим собой. Если в его задачу входит быть самим собой среди людей и при этом не маскироваться, тогда это колоссальная работа, потому что он своим поведением, своей реакцией, своим обращением к другим все время провоцирует вокруг себя другое взаимодействие с Миром.
Что может сделать человек, чтобы предуготовить себя к такой встрече с Миром, к таким с ним отношениям?
Все попытки осознания, переживания, практики, направленные на это, связаны прежде всего с вопросом: кто Я? Потому что наше Я не поддается рациональному осмыслению. Все, что можно сказать рационального о нашем Я, – Я есмь, Я – это Я. Подумать что-нибудь о Я никакой возможности нет. Это вызывает в сознании огромное напряжение.
Чтобы снять его, мы начинаем Я превращать в нечто другое, иначе как-то непривычно, неловко и неудобно. Ведь у социального субъекта за словом Я встают биография, заслуги, опыт, образ, качества личности, отношения с людьми, уровень интеллекта. И как-то неудобно такому человеку вдруг ни с того ни с сего сказать себе: да что ж я себе и мы все себе уже сколько времени «пудрим мозги», извините за некоторую вульгарность этого выражения, ведь все это к Я имеет такое же отношение, как, скажем, бутылка к минеральной воде. Как ни крутись, про Я ничего нельзя сказать, кроме того, что Я – это Я. И не только сказать, но и подумать. Просто бессмысленно. Потому что ну что сидеть: и я это я, я это я, я это я, я это я. Это что, процесс размышления, что ли?
Таким образом, человек никогда не думает о себе реально. Реально он всегда думает о чем-то: о своем, о чужом, о девичьем. Он думает, скажем, о своем теле, о своих личных проблемах, о своих душевных переживаниях, о судьбе своего поколения, о чужом богатстве, о чужих достоинствах, о чужих успехах, о чужих территориях и т. д. и т. п. Так привычно, и именно поэтому в жизни пока очень немного встречается людей, которые однажды бросили себя обманывать и перестали думать, что Я это еще что-то, кроме Я.
