Эрик поднял меч и прыжками по камням стал приближаться к монстру для атаки. Многоножка словно копье выстрелила в его сторону всем своим телом. Это был ужасный рывок, похожий на бросок змеи за мышью. Она сорвала кучу камней под своими лапами и на огромной скорости приближалась к Эрику. Её пасть была готова вонзить клыки в мягкую плоть юноши. Эрик инстинктивно отклонился в сторону и прошел мимо челюстей монстра. Его меч со всей силы ударился в лапы монстра, которые словно сухие ветки под ударом топора стали ломаться и падать на землю. Из обломков брызнула коричневатая кровь похожая на густой кисель. Монстр замедлил атаку и резко развернулся, чтобы повторить атаку, ударив Эрика в спину. Мышцы монстра были такими сильными, что развернуть огромное тело во время атаки не составляло труда. Эрик не имел поддержки ночи, но его теневая волна никуда не делась. Он сразу почувствовал смену траектории удара. Тело юноши прижалось ближе к телу многоножки, из-за чего атака прошла миом, но монстр снова замедлился и стал сжимать Эрика, пытаясь задавить его как в тисках. Эрик поднял свой меч поперек. В результате монстр сам приложил силу к тому, чтобы пронзить себя. Монстр издал яростное шипение, слегка похожее на громкий визг.
- Попал! А… застрял? Аааа…
Меч Эрика застрял в прочной броне. Существо поднялось вверх и стало вертеться во все стороны, пытаясь стряхнуть меч и юношу висящего на мече. Меч внезапно выскочил из тела монстра, из-за чего Эрик пролетел десяток метров и упал между камнями. Монстр в ярости бросился следом за юношей. Эрик чувствуя, что попал в западню, выставил меч вперед. Юношу буквально вдавило между камнями в землю. Он лежал там с закрытыми глазами. Эрик чувствовал, как по его телу разбегается холодок.
- Я умираю? Нет... Что-то липкое… Что это?
Эрик открыл глаза, но здесь было очень темно. Он попытался поднять правую руку, но почувствовал, что она зажата. Попытавшись поднять другую, он заметил, что она совершенно неподвижна. Но это было не потому, что она зажата, а потому что она сломана. Шок ограничил чувства юноши, не давая ему ощутить боль. Эрик попытался подняться, но почувствовал, как уперся головой во что-то холодное и твердое, но в тоже время не похожее на камень.
- Меня завалило…
Эрик попытался выбраться, но ему не хватало сил освободить свою руку. Спустя какое-то время он почувствовал, как его правая рука вся хрустит и от неё пошла невыносимая боль. Левая рука, грудина, все бешено болело.
- Не повезло… Не ожидал, что все закончится здесь таким образом.
- Эрик, попробуй призвать медведя.
- Куда? Здесь так тесно, что от призыва будет только хуже. Он такой массивный, что меня вообще в лепешку превратит.
- Тогда, что нам делать?
- Восстанови меня. Тогда я попробую обратиться к тьме внутри меня.
- Это опасно…
- Не говори мне об опасностях. Я знаю, что делаю. Это лучше чем умереть похороненным заживо.
- Извини. Я постараюсь.
Мира понимала, что невозможно спорить с Эриком. Также она не считала, что он не прав. Действительно, все что она могла увидеть, услышать или почувствовать передавалось Эриком через мысли, поэтому ей было еще сложнее оценить обстановку в реальном мире. Все что ей оставалось – это используя силу Эрика и свои навыки, лечить раны.
Лечение столь серьезных повреждений, в таких сложных условиях занимало много времени. Особенно сращивание костей, которые итак были смещены, а теперь нужно было сделать так, чтобы они срослись правильно. Мира вкладывала всю себя в это лечение. Она была погружена в процесс настолько, что вообще не чувствовала своего окружения. В это время Эрик пользовался тем, что он находится в тени, а также тем, что солнце уже начало садиться, его сила стала расти и быстро восстанавливаться. Даже притом, что Мира сжигала большую часть энергии Эрика, он все равно смог восстановить довольно много.
После наступления ночи Эрик стал слышать множество шагов различных монстров перемещающихся по ущелью. Их крики были приглушенными, но в столь неудобной ситуации они были словно живой кошмар. Эрик буквально чувствовал, как монстры подходят все ближе. Теневая волна показывала, что их количество становится просто сумасшедшим. Но пока Эрик привален трупом огромного монстра и залит его кровью, другие монстры не обнаружат его. Что касается многоножки, то она слишком толстокожа для мелких монстров, а сильные не особо жалуют её. Они подходят, пробуют её на зубок. Эрик чувствует каждый укус сделанный монстрами, все-таки отрывая куски от тела многоножки, они шевелят её. Но после того как понимают, что она не особо вкусна уходят. Начало ночи – это только начало охоты, поэтому монстры будут охотиться, но когда приблизится утро, они вернутся, чтобы подкрепиться, в случае если их охота окажется пустой тратой времени. Тогда здесь будет целая армия монстров. Но во всем этом было и кое-что хорошее, например, труп монстра станет легче, если его погрызут, а еще монстры, которые приближались к трупу, были слабее многоножки, что давало Эрику определенную уверенность в победе, если он сможет выбраться наверх.
