- Ты знаешь, эта девочка шокировала всех мастеров из учебного центра. Её врожденный дар алхимика так велик, что все поголовно отказались обучать её. Мой отец отправил прошение в основной Зал теней. Великие старейшины не упустят возможности поднять её, как одну из нас. Я уверена, что они вложат в неё больше ресурсов, чем в кого-либо еще. Ведь алхимик может обеспечить организацию серьезной медицинской поддержкой, а также поможет создать высокоуровневые лекарства, которые помогут развить талант лучших из молодого поколения. Один алхимик бессмертного уровня может обеспечивать основу Зала теней, но будущее маленькой Лилии при нормальном обучении не ограничится первой сферой бессмертия, а такой алхимик будет высоко цениться даже во Дворце черного неба.
Эрик понимающе кивнул. После этого он посмотрел на огромное дерево на краю долины. Он уже давно заметил присутствие еще одного сильного монстра. Белоснежная сова была ослепительно-белой птицей, чьи перья буквально горели пламенем под ярким светом солнца.
- Ты не подойдешь ко мне?
Птица долгое время сохраняла молчание, но потом она взмахнула крыльями. Все дерево под ней мгновенно покрылось инеем, а листья превратились в хрупкий лед, который из-за ветра стал крошиться и опадать блестящим снегом вниз. Белоснежная сова летела над долиной, словно небесная длань, которая рассекала небо пополам. Её крылья были бесшумны, а шлейф из белоснежных снежинок сверкал, словно волшебная пыль, летящая следом за небесной феей. Птица бесшумно пролетела над Эриком. Её взгляд был таким, от которого Эрик не мог не отвернуться. Белоснежная сова была спасена Эриком, и всегда хранила в своем сердце признательность, но после того как Эрик буквально вытащил её с того света, сова стала почитать и боготворить его. В её взгляде была любовь, бесконечная преданность и признание, которого мало кто может удостоиться во всем мире. Сова медленно приземлилась перед юношей, её голова слегка склонилась вниз. Она будто бы преклонилась перед ним. Эрик считал, что такие действия обязательны в общении с великими людьми, как по должности, так и по своим подвигам, но себя к таким он не относил. Ему не нравилось, когда другие унижаются перед ним, даже если это вовсе не унижение, а то желание, которое есть в сердце человека напротив него.
Эрик подошел ближе к белоснежной птице. Его рука нежно погладила мягкий, практически невесомый пух птицы. Там где его рука касалась пуха, была рана, которую нанес мастер темной стороны. В этот момент Эрик испытывал ненависть к этому человеку. Однажды он заберет его жизнь в месть за ту подлую атаку. Эрик подавил свой гнев и посмотрел в глаза белоснежной совы. Она склонилась к юноше и присела к земле, её крыло было расправлено, это было приглашение. Она приглашала Эрика к себе на спину. Человек может покорить монстра силой, но он никогда силой не завоюет его сердце. Только по-настоящему преданные звери будут позволять человеку кататься на нем. Остальные подчиняются приказу хозяина, но сова склоняет голову перед другом или вернее братом не по крови, а по своим поступкам.
Эрик запрыгнул на спину птицы и та, величественно взмахнув крыльями, вознеслась в небеса. Её крылья в свете солнца испускали священную ауру, словно это был божественный зверь, возвышающийся над самими небесами. Высоко над землей Эрик смотрел на постоянно уменьшающийся мир. Небо было стихией птиц, но Эрику здесь было не по себе. Ему нравилось одиночество, которое дарит полет. Но было то, что он не хотел вспоминать – прошлая жизнь. Скорость была его наркотиком, он гонял не только на трассе, но и вне её. Полет в небе, ветер, дующий в лицо и молниеносная скорость, с которой летит сова, напоминали ему те же чувства, которые он испытывал в те времена, когда сидел за рулем своей машины.
