— Значит, я понесу тебя, Мелисса, — сказал он, осторожно поднимаясь с девушкой на руках.
Как джинн, призванный звуками своего имени, она дернулась и открыла глаза.
— Дэвид? — хрипло спросила она. — Нет… да… как?
Он вынес ее из камеры и пошел вниз по туннелю, прочь из подвала.
— Объяснения подождут. Мы попали в переделку. Но мы выберемся, — сказал он тихо, но так уверенно, как только смог.
С трудом отключившись от аромата роз, Валентайн почуял дуновение свежего воздуха и пошел по нему, как ищейка по следу. Вскоре он был в небольшом коридоре, отходящем от главного. Следуя запаху свежего воздуха, теперь ставшему сильнее, Валентайн добрался до короткого лестничного пролета.
— Ты идти можешь? — спросил он девушку.
— Наверное, да, Дэвид. Я думала, что умерла. Я заставила свой разум умереть.
Валентайн посмотрел в ее измученное лицо. Он хотел поцеловать ее, но что-то в испуганных глазах девушки удержало его.
— Они причинили тебе боль? Они тебя?..
— Не спрашивай, Дэвид. Может быть, я расскажу тебе когда-нибудь. Сейчас… сейчас я не думаю об этом, и это… пусть останется там… Где мы?
— В Чикаго, в Зоопарке.
— Да, они сказали, что привезут меня сюда. Они сказали, что большие шишки должны были приехать, чтобы смотреть, как… меня будут убивать…
— Ты разочаруешь их, Молли.
— Но мы не можем выбраться из Чикаго. Не со мной, это точно.
— Это мы еще посмотрим.
— Дэвид, просто застрели меня. Убей и уходи, потому что потом… я хочу, чтобы ты выбрался, неважно как.
Он посмотрел на нее и покачал головой:
— Ну нет, слово… помнишь: «Слово держать и долгие мили бежать…» Мы будем далеко к полуночи, так или иначе.
— Но как?
— Нам поможет Жнец.
Арена Черной Дыры блестела под яркими прожекторами. Валентайн слышал далекие пожарные колокола и чувствовал запах дыма: гроги хорошо повеселились с его спичками. Он накинул на плечи Молли свою кожаную куртку, взял девушку за руку и вывел на свежий воздух и яркие огни арены. Он помог Молли перебраться через забор, а затем перелез сам.
Морозный ночной воздух холодил кожу, Молли зябко куталась в пальто. От холода или от пережитых потрясений у нее стучали зубы.
В воздухе вместе с запахом дыма висело смятение.
Между деревьями Валентайн видел огонь и шумную толпу, глазеющую на неожиданное, волнующее зрелище.
Валентайн собрался с духом и поспешил по одной из пустынных тропинок, увлекая за собой Молли. Он не обращал внимания на кучки людей, снующих в разные стороны, но чувствовал, что Жнецы рыщут в районе пожара.
В маленькой куполообразной клетке Ткач принял теперь форму большого ленивца. Публика, стоявшая у клетки раньше, разошлась, за исключением двух смертельно пьяных, передающих друг другу засаленную бутылку. Не обращая на них внимания, служитель захлопнул последний наручник на лапе ленивца и ударил его по носу дубинкой, похожей на ту, что Валентайн забрал у задушенного начальника шоу.
— Похоже, ты на сегодня закончил, — сказал служитель, — все смотрят, как горят бараки грогов.
Валентайн подвел Молли к низкой дверце клетки.
— Эй, привет! — выкрикнул он человеку у клетки, махая кипой денег. — Когда закончишь, окажи мне услугу.
Служитель посмотрел на него с усталым отвращением.
— Вали отсюда, полукровка! Иди получи свою порцию огненной воды в другом месте. Он выглядит как животное, но это еще не значит, что он и есть зверь. Это просто трюк. Если хочешь трахнуть страуса или еще кого, убирайся.
Служитель пристегнул цепь к стволу высохшего дерева и подошел к двери. Валентайн левой рукой передал ему деньги, осторожно держа правую за спиной.
— Ну ладно, ладно, что тебе нужно? — начал было служитель, согнувшись почти пополам, чтобы открыть низенькую дверцу.
Ему так и не пришлось узнать ответ, так как тяжелая деревянная дубинка ударила его по затылку. Служитель упал без сознания или мертвый.
Валентайн добавил его ключи к своей растущей коллекции и поспешил к дереву. Ключи от цепей Ткача жизни по имени Ро свисали со второго, маленького, кольца.
«Если мы это сделаем, выживем. Если не получится, по крайней мере никто не будет сидеть в клетке», — тихо пообещал он себе, Молли и Ро. Снимая кандалы с Ткача, он ласково потрепал его по голове.
Охотник? — спросил голос внутри его разума — мимолетное мысленное прикосновение. — Валентайн, это ты?
Его форма расплылась, когда он упал на землю, освобожденный от цепей. Валентайн сел на колени, обнял существо за плечи и вдруг понял, что смотрит в старое, изможденное лицо своего отца.
— Отец? — сказал он, даже не подумав.
Форма древнего существа снова изменилась — перед Валентайном теперь был старик с глубокими глазами, ястребиным носом и пучками белых волос на висках.
— Прости, Валентайн-младший. Я думал о твоем отце. Я уже не так хорошо контролирую себя, как раньше, — сказал старик хриплым голосом.
Молли вцепилась руками в прутья решетки.
— Дэвид, у нас нет времени. Эти двое пьяниц только что ушли!
Валентайн помог Ткачу встать на ноги.
— Сэр, нам нужно двигаться. Вы можете идти?
— Я хотел бы идти. Даже бежать, Валентайн. Но я боюсь, что далеко не уйду.
