– Пожалуйста, сэр. С вас четыреста экю, – сказал непробиваемый морпех.
Мне бы его нервы и выдержку. Да мне бы цены тогда не было!
Все, зажал он меня в угол. Теперь остается только брать. Иначе я теряю лицо.
– Он сделан из нержавейки? – спросил я, доставая деньги.
– Нет, сэр, это хромомолибденовая гальваника. Но, уверяю вас, с оружейными сортами стали в Испании всегда было хорошо. Знаменитая на весь мир толедская сталь именно оттуда. Кстати, щечки на рукоятке вашего пистолета сделаны из рога благородного оленя. В Европе из него часто делали рукоятки для охотничьих ножей.
– Вы очень образованны для сержанта, – констатировал я, кладя на стол пластиковую карточку с цифрами 500.
– После службы я закончил исторический факультет Чикагского государственного университета, штат Иллинойс, сэр. Имею степень магистра. Специализировался именно на индивидуальном оружии первой половины двадцатого века и его производителях.
– Уважаю, – сказал я искренне и с чувством.
– Спасибо, сэр. Только вот дома меня не оченьто разбежались за это уважать. Пришлось перебраться СЮДА. Правда, ТУТ, как оружейный консультант, я на своем месте. И заработком своим очень доволен.
Он снова пропал под стойкой и вытащил оттуда узкую кобуру из желтой кожи с клапаном, на котором были вытеснены большие буквы US в круге, такую же, как у Фреда, только клапан в ней крепился не на скобу, а на простую круглую кнопку из латуни, в прорезь. Места для запасного магазина в ней не было предусмотрено.
– Сэр, я вам сделаю еще один подарок, – сказал он, улыбаясь. – Это кобура правительственной модели[294] времен Второй мировой войны. Чтобы вам было в чем носить свою «лламу».
– Спасибо вам большое, Дональд. На оставшиеся деньги отсыпьте мне две сотни патронов для него.
Он с готовностью поставил передо мной четыре картонных коробки фирмы Flocchi. В каждой было по 50 патронов с 12граммовой пулей JHP в снаряжении +P, как гласила этикетка. К ним сержант добавил приспособления для чистки пистолета. Видимо, на сдачу. Хотя грех жаловаться – богатый набор, даже с бронзовыми щетками для чистки ствола. Все равно пришлось бы покупать.
– Я подумал, сэр, что вам больше всего подойдут тупоголовые пули. Вам же не стрелять ими в запредельную даль. А у этих отличное останавливающее действие. Гильзы латунные. Их можно самому переснаряжать. Кстати, вы запасные магазины брать не будете?
– А они разве в комплект к пистолету не положены?
– Нет, сэр, это же трофей. Как взяли, так и продаем. Я бы вам посоветовал взять тройные почи из нейлона на пояс и к ним три магазина в запас.
– Давай, – согласился я.
Раз пошла такая пьянка – режь последний огурец.
За время нашей занимательной беседы «подосиновики» полностью оттерли от пушечного сала одну винтовку и всем своим видом выражали готовность ее демонстрировать. Ждали только отмашки от сержанта.
Дональд, не вставая, взял у них винтовку в руки, откинул металлический приклад, который у нее складывался вопреки мировой традиции вправо.
– Как видите, сэр, приклад раскрывается одним движением. В бою это не последнее дело. – В руках огромного Дональда винтовка смотрелась как детская игрушка. – Карабин этот является клоном боевой винтовки Ругер Мини ЭсЭр пятьсот пятьдесят шесть, с режимами огня одиночными выстрелами, по три патрона и непрерывной очередью. Полностью изготовлена из нержавеющей стали. Все детали массивные, с большим запасом прочности. Это вам не эмшестнадцать, которая наполовину из алюминия. На этот карабин очень быстро и просто крепится любая оптика, в том числе и ночные прицелы, а детали крепежа поставляются в комплекте с карабином. Кстати, можно их поставить и порусски, сбоку, если вам так удобнее. После доработки. Карабин очень прост в разборке и обслуживании. Надежен. Надежнее разве что «калашников» русской или немецкой сборки. В этой модели ствол более массивный, чем было ранее, и этим убран основной недостаток карабина Ругера – быстрое перегревание ствола при стрельбе непрерывными очередями. Особо подчеркну, что именно эта модель специально разрабатывалась и изготовлялась малой серией по заказу правительства, чтобы заменить ею у полярных экспедиций «калашниковы» производства фирмы «Арсенал». Поэтому и русский калибр, так как полярный воздух плотнее, и двести двадцать третий калибр ведет себя в нем, мягко скажем, непредсказуемо. И цевье деревянное, а не пластик, по той же причине – эксплуатация при низких температурах. Без отказов работает в режиме от минус пятидесяти до плюс пятидесяти градусов по Цельсию. Но полярники почемуто наотрез отказались менять оружие, даже не посмотрев на него. Вот так он и попал к нам, СЮДА, всей партией. А теперь к вам. Владейте. Пусть эти карабины принесут вам удачу. Новее этой партии нет ничего в этом зале. Мануал лежит в ящике в количестве, соответствующем хранящимся стволам. Я все сказал.
Я взял у него карабин в свои руки, приложил к плечу. Мне показалось удобно. Прицельные приспособления были хорошо различимыми.
Дернул затвор.
Нажал на спуск.
Спуск оказался мягким, а щелчок бойка – сочным.
