Для того чтобы спрятать хайкель от посторонних глаз, Сирил замотал его в рваное тряпье, которое он поменял на свою куртку. Ему она была ни к чему, тем более, что носила знаки отличия союзного офицера (он их предварительно срезал), а вот усталой женщине с двумя детьми теплая материя как раз пригодилась. Она укутала малышню и беспрестанно молилась. Ее слова были несвязными и не несли никакой смысловой нагрузки. Сирил пришел к выводу, что так эта женщина борется со страхом, который был в стенах замка не редким гостем. Боялись почти все беженцы, а так же многие стражники, что приносили еду раз в день, и даже наемники.
Прежде чем действовать, Сирил просидел в трансе около двух суток, отвлекаясь лишь на то, чтобы схватить кусок черствого хлеба, что дозировано выдавало ведомство замка. За пищу частенько дрались, а один старик даже умудрился прирезать кого-то осколком ножа в попытке добраться до парочки лишних сухарей. Его кричащее тело спустя несколько часов сбросили наемники с крепостной стены, в назидание остальным, и оно рухнуло в неглубокий сухой ров.
Почувствовав, что забит внутренней энергией до отвала, Сирил вновь стал Кастолом, используя морок. Как ни в чем не бывало он покинул большой зал, и пошел искать Коэна, но вместо него наткнулся на Сторхора, что ругался сразу с несколькими стражниками.
— Чего стали раззявы?! — орал он, потрясая кулаком. — Нашли во мне кладезь ценной информации? Откуда мне знать, почему ваши дома горят!
— Но там наши семьи…
— Да насрать мне на твою семью, желторотик! Не для того я прибыл в Моркану, чтобы жалеть слабаков! Идет война, и она забирает свой процент от людских душ. Лучше молись, чтобы твоя жена и дети в него не попали! А теперь — с дороги!
Сторхор хотел было пройти мимо, грубо оттолкнув стражника, но другой, тот что стоял немного левее, взревел и бросился на наемника с кулаками. По его щекам текли злые слезы, в этой войне он действительно потерял жену.
Но Сторхора нахрапом было не взять. Его тяжелый кулак впечатался в лицо стражника и тот отлетел к стене, постепенно сползая с нее. Другие с лязгом достали из ножен мечи, а в их глазах стояли злость и страх.
Сирил Сафэр в облике широкоплечего Кастола, вышел вперед.
— Не советую.
Стражники взглянули на Ловца, но увидели они не мальчишку, а грозного наемника в шрамах, который к тому же на плече держал боевой молот. Они знали, на что были способны наймиты, а посему решили ретироваться. Плюнув себе под ноги, спрятали оружие в ножны и помогли товарищу встать.
Сторхор смотрел как они уходят, и на его лице заиграла паскудная ухмылка.
— Вот выродки-то, — выговорил он со злостью. — Видал? Уже на нас, своих союзников бросаться готовы с оружием!
— Их можно понять. Многие потеряли все, что им дорого.
— А мне оно интересно? — Сторхор округлил глаза. — Но в любом случае спасибо. Гелерик бы мне башку открутил, если бы в стенах замка началась заваруха. Этого нам не нужно. И так врагов за стенами хватает.
Сирил кивнул, принимая благодарность. Потом спросил:
— Где Коэн?
— Коэн? — удивился Сторхор. — А на кой тебе он сдался? Денег что ли должен? Так и мне тоже! Посему вставай в очередь, приятель. Я ему еще прошлой осенью одалживал.
— У меня к нему кое-какой вопрос. К долгам не относится.
— А, ну раз так, то могу сказать, что с бабой наш Коэн. Нашел здесь себе одну, вот и развлекается пока все спокойно. Да я тебе так скажу, — Сторхор понизил голос. — Здесь, среди беженцев можно найти удивительные экземпляры. За буханку хлеба и стакан молока на все готовы. Вот что значит быть перед лицом беды, да когда за юбку держаться несколько голодных маленьких ртов.
Сторхор рассмеялся, прокручивая у себя в голове соблазнительные картины. Лицо Сафэра осталось безучастным. Он молча ждал, так как имел некоторые вопросы, но его светловолосый и не слишком приятный в общении собеседник, опередил его.
— Кстати! — воскликнул Сторхор. — Где тебя носило? Барракс лично выискивал тебя, мы уже думали, что что-то стряслось.
— Что от меня нужно Барраксу?
— Ну как же? Отчитаться где делись подконтрольные тебе десять человек.
— Все мертвы.
— Да оно и понятно, — Сторхор тягостно вздохнул. — С того ущелья выбрались немногие. Но лучше сходи и отчитайся перед капитаном. Все должно быть честь по чести.
Сирил решил не вызывать подозрений, а потому последовал совету Сторхора. Двинулся за ним к лестнице, и вскоре вышел на верхние ярусы башни, где разместились высшие чины наемников, и где находилась опочивальня самого барона. Сафэр посчитал, что выудить информацию из врага будет не лишним, и он не ошибся.
В зал для совещаний он вошел как раз тогда, когда Рахата закончила разборонять Рубена и Гелерика, которые чуть вновь не сцепились. Барракс, высокий и с брильянтовыми серьгами в обоих ушах, поднял руку подзывая Сирила к себе. Тот послушно подошел, и долго выслушивал проповедь о том, что командованию следует докладываться сразу же. Все остальное — потом.
