Профессор Пол Иаир шагал в сумраке прохода, ведущего в безлюдный кампус колледжа Форт. Просвет арки застилала ажурная занавесь бесшумно падающего снега. Под галошами хлюпала мелкая слякоть. Профессор поднял воротник тяжелого пальто почти до самых полей шерстяной шляпы. Затем сунул озябшие кулаки в карманы пальто.
Профессор шел так быстро, как только мог, стараясь при этом не забрызгать ботинки и брюки. Он постепенно ускорял шаг, и облачка пара вырывались изо рта все чаще. На мгновение профессор поднял взгляд на гранитный фасад Центра физико-биологических наук, стоящего на дальней стороне кампуса. Спасаясь от пронизывающего ветра, он быстро опустил почти белое лицо и заспешил по извилистой дорожке. Ноги несли его мимо выстроенных рядами скелетоподобных деревьев, их ветви смотрелись черными и колючими на фоне ледяных небес.
Ветер отталкивал профессора назад, словно не желая подпустить того к цели. Иаир чувствовал, будто сражается со стихией. Но это, разумеется, всего лишь его воображение. Жгучее желание поскорее приступить к делу слегка туманило разум. Профессор был по-настоящему взволнован. Несмотря на бесконечные самопроверки и отличную подготовку, его тревожила мысль о том, что он увидит так скоро. Она вгоняла его в озноб сильнее холодного ветра и делала его лицо белее снега.
А временами эта мысль совсем заглушала предостережения внутреннего голоса.
Наконец профессор обогнул угол массивного здания. Оно закрыло Иаира от ветра, и он смог поднять темные глаза. Кулаки в карманах от нетерпения сжимались все сильнее, хотелось не идти, а бежать. Но надо держать себя в руках. Если он выкажет излишнее возбуждение, они могут передумать и не пустить его. Ведь в случае чего ответственность нести им. Профессор глубоко вдохнул, наполнив легкие зимним холодом. После того как прошло очарование новизны, Иаир превратился в прежнего рационалиста. Однако уникальность ситуации то и дело выводила его из равновесия. Но это просто нелепо, настолько волноваться.
Он протолкнулся в здание через вращающуюся дверь и едва не ахнул от счастья, когда его окутал теплый воздух. Профессор снял шляпу и отряхнул ее на мраморный пол. Затем расстегнул пальто, повернул направо и зашагал по длинному коридору. Резиновые подошвы скрипели по полу.
Если подсчитать, получится, что мысль о грядущем событии вторгалась в его разум по меньшей мере каждые полчаса. Он помотал головой, в очередной раз осознав невыразимую важность того… Все равно, сказал ему внутренний голос, держи себя в руках, больше от тебя ничего не требуется. Нельзя отдаваться во власть глупых сантиментов.
В конце коридора он остановился перед белой дверью с матовым стеклом. Прежде чем толкнуть дверь, профессор пробежался взглядом по словам на стекле.
«Доктор Филипс. Доктор Рэндалл». Видно, что написано недавно, И ниже аккуратными красными буквами: «Отделение хронотранспозиции».
— Значит, вы ясно понимаете, — нажимал на каждое слово доктор Филипс, — что никоим образом не должны воздействовать на окружающую среду.
Иаир утвердительно качнул головой.
— Мы вынуждены делать на этом упор, — произнес со своего стула доктор Рэндалл. — Это ключевой момент. Любое физическое взаимодействие со средой может оказаться фатальным для вас. И… — он сделал неопределенный жест рукой, — для нашей программы.
— Я отчетливо это понимаю, — заверил Иаир, — и буду проявлять крайнюю осторожность.
Рэндалл кивнул. Он вытянул руки и нервно хрустнул пальцами.
— Полагаю, вы осведомлены об Уэйде, — сказал он.
— До меня доходили кое-какие слухи, — отозвался Иаир. — Но ничего внятного.
— Профессор Уэйд пропал без вести при последнем перемещении, — скорбно промолвил доктор Филипс. — Кабина вернулась без него. Мы вынуждены заключить, что он погиб.
— Это было в начале сентября, — сказал Рэндалл, — Потребовалось больше двух месяцев на то, чтобы совет разрешил новую попытку. Если и на этот раз нас постигнет неудача… н-да, это будет означать конец всего проекта.
— Понимаю, — снова качнул головой Иаир.
— Надеюсь, что это так, профессор, очень надеюсь, — встрял доктор Филипс, — На карту поставлено слишком много.
— Ладно, хватит уже на него давить, — с усталой улыбкой произнес Рэндалл. — Полагаю, вы также сознаете, что вам предоставляется возможность, за которую многие люди отдали бы жизнь.
— Это я знаю, — сказал Иаир.
«А еще я знаю, что многие люди дураки», — подумал он про себя.
— Что ж, тогда приступим? — спросил Рэндалл.
Они шли к аппаратной лаборатории, и эхо от их шагов разносилось по коридору. Иаир держал руки в карманах пальто и ничего не говорил, если не считать коротких ответов на вопросы. Рэндалл рассказывал ему о временном экране:
— Мы отказались от кабины для перемещений во времени как от опасного устройства. На этот раз мы используем экран зацикленной энергии. Он сделает вас невидимым для людей, которых увидите вы. Вы можете пройти сквозь экран, однако, думаю, мы подробно разъяснили, насколько это опасно.
