Путешествие домой полностью

Углубившись в лес, я вдруг лицом к лицу столкнулся с огромной коричневой обезьяной, которая грозно преградила мне путь, словно сборщик податей. Страшно рыча и скаля зубы, обезьяна своими пронзительными зелеными глазами оценивающе разглядывала меня, свою жертву. Под ее густой коричневой шерстью угрожающе перекатывались мускулы. У обезьяны была розовая морда, вся в шрамах от схваток, узловатые розовые пальцы и лоснящиеся ярко-розовые ягодицы. Вдруг она прыгнула на меня, одним движением вырвала из моих рук кулек с орехами и, больно пнув в грудь, бросилась наутек. От удара у меня перехватило дыхание. Придя в себя, я стал улыбаться: животное с кульком вожделенного арахиса скрылось в джунглях, унеся с собой мою надежду прервать пост. Впрочем, на земле осталось несколько орехов, просыпавшихся во время схватки. Ну и ладно, — подумал я, — этого как раз хватит, чтобы выйти из поста. Но стоило мне наклониться за ними, как еще одна обезьяна спрыгнула с дерева, быстро подобрала все орехи и скрылась. Мне не досталось ни одного ореха.

Я шел к себе в пещеру, и в животе у меня громко урчало. По сравнению с бесценным сокровищем духовного опыта, любые материальные приобретения так же ничтожны, как этот арахис, — думал я по дороге.

Из-за нескольких жалких орешков люди обманывают друг друга, плачут и умирают.

Они готовы ссориться и воевать друг с другом за горстку арахиса. Но чья-то жадность или неумолимое время в любой момент может, как эта обезьяна, отобрать у нас вожделенные орехи.

На следующее утро я пешком отправился вдоль берега Ганги на другой конец Ришикеша. Поднявшись в гору, я добрался до Шанкарачарья-Нагара — ашрама Махариши Махеш Йоги. Тропинки, проложенные между вековыми деревьями, душистыми кустарниками и цветущими лианами, вели к простым хижинам для занятий медитацией. Пройдя дальше, я оказался на, краю высокого утеса, с которого открывался великолепный вид на Гангу. Прямо над обрывом стоял простой домик самого Махариши. Зайдя внутрь, я очутился в комнате с алтарем, украшенным цветами. На алтаре стояла фотография духовного учителя Махариши, Ирахмананды Сарасвати, сидящего на тигровой шкуре. У него был высокий лоб, белая борода и зачесанные назад длинные седые волосы. Он был знаменитым йогом и удостоился чести занять пустовавший до него в течение полутора веков пост Шанкарачарьи Джьотирматха. С поправкой на местные реалии, это положение можно сравнить с положением Папы Римского.

Каждое утро и вечер жители ашрама собирались в домике Махариши, чтобы петь мантры и проводить ему пуджу, а завершались такие встречи совместной медитацией. Мне сказали, что сам Махариши предпочитает медитировать в подвале дома. Несколько учеников Махариши провели меня в маленькую темную келью под землей. Эта прохладная тихая келья стала моим излюбленным местом для медитации. Царившая в ней атмосфера мира и покоя быстро завладевала мной и позволяла явственно ощущать присутствие Махариши.

Махариши родился в 1917 году в центральной Индии и окончил физический факультет Аллахабадского университета. В течение тринадцати лет он служил своему гуру, Брахмананде Сарасвати, в качестве секретаря. Перед тем как покинуть этот мир, гуру сказал Махариши: «Я научил тебя методу духовного совершенствования, предназначенному для семейных людей. За минувшие века это знание было искажено и вовсе забыто. Не беспокойся о том, где взять деньги для поездок. Ни о чем не волнуйся и не бойся одиночества. Принимайся за дело, и у тебя все получится само». Готовясь к своей миссии, Махариши два года в одиночестве медитировал в пещерах Уттар-Каши, а в 1955 году он начал обучать технике трансцендентальной медитации и основал на холмах Ришикеша ашрам. С 1957 года Махариши стал путешествовать по всему миру.

Махариши Махеш Йоги учил, что занятия трансцендентальной медитацией расширяют наше сознание. Цель данной техники состоит в том, чтобы погрузиться в состояние более тонкое, нежели бодрствование, сон или глубокий сон. Согласно учению Махариши, медитировать — значит выйти из-под тонкого влияния ума и эго. В этом освобожденном состоянии чистого бытия можно ощутить свою вечную душу. Особенно хорошо Махариши удавалось находить точки соприкосновения йоги и современной науки. Хотя самого Махариши в ашраме не было, я, одухотворенный атмосферой ашрама, прочитал две его книги: «Наука бытия» и «Искусство жизни», а также его перевод шести глав Бхагавад-гиты.