– Если я пролью хоть каплю вашей крови, господин, я не возьму с вас даже самой мелкой монеты.
– Я предпочитаю заплатить и не терять кровь, – Друскарл протер голову влажным полотенцем, расплатился с цирюльником и уселся к окну, откуда открывался прекрасный вид на гавань, баржу с катапультой, которая снова приближалась к острову-крепости. Здесь его и нашел Феран, который придвинул еще один стул и опустился рядом с евнухом.
– Ты обдумал мое предложение?
– Ты хочешь заполучить Серебряную смерть. Если бы у меня было по медяку на каждого, кто разделяет твое желание, мне бы никогда больше не пришлось работать. Ты обещал мне что-то показать.
– Да. Это большая тайна, но я чувствую, что смогу убедить тебя.
Они вместе покинули таверну и направились в порт. Под узким навесом, где складировали мачтовый лес, находилась лодка странной формы. Раньше таких Друскарл не видел. Она была вытянутая, неширокая, очень легкая, и снабжена необычно длинными веслами. Большая часть лодки была прикрыта, за исключением двух скамеек для гребцов. Основу конструкции составляла рама из ясеня.
– Те, кто построил это, считали, что работают над лодкой для гонцов, путешествующих по внутренним рекам, – объяснил Феран. – Она легко может опередить штурмовую галеру в спокойном море, а в это время года море всегда спокойно.
– Изящное судно, – кивнул Друскарл.
– Спасибо. Оно обошлось в значительную сумму, выплаченную настоящим золотом. Эту идею мне показал тот, кто построил «Лунную тень». Он называл эту модель гоночной.
– Могу понять. Она очень легкая, годится только для того, чтобы развивать максимальную скорость.
– Не совсем так, почтенный евнух. Она не отличается броской внешностью, но во многих отношениях не имеет равных. Эта штука не только исключительно быстрая, она способна сохранить воздух для гребцов на пять-шесть часов, если перевернуть ее и опустить под воду, привязав к скалам.
Внезапно Друскарл понял связь между Серебряной смертью и тщательно продуманной и ловко сконструированной лодкой.
– Полагаю, ты действительно убедил меня присоединиться, – заявил он, распрямившись и скрестив руки на груди.
А снаружи какая-то шлюха отвергла домогательства докера и замерла, ожидая, когда выйдет из-под навеса Друскарл.
Ровал слышал об академии госпожи Ивендель, но до сих пор не бывал там. Она оказалась не в его вкусе. Он считал, что академии должны иметь холодные, чистые, хорошо проветренные помещения, где бы юные студенты спали, пили дождевую воду и ели коричневый рис, приправленный оливковым маслом. Но это место было темным, покрытым мягкими коврами и завесами, здесь учились эфирной магии и юноши, и девушки. Высокоученая Ивендель оправдала его самые мрачные ожидания: она была облачена в уютные, но слишком яркие одеяния. Они поклонились друг другу и обменялись ритуальными пышными заклинаниями-приветствиями. В этот момент низкорослый мужчина лет сорока с выпученными глазами появился из-за ближайшей завесы. Он настороженно улыбался, глядя на Ивендель, явно чего-то опасаясь. Ровал не знал, кто это.
– Это Эйнзель, – представила коротышку Ивендель.
Прозвучавшее имя насторожило Ровала.
– Эйнзель – придворный маг Варсоврана? – уточнил Ровал, недоверчиво глядя на маленького человечка с темными мешками под глазами и беспокойным взглядом.
– А я-то надеялся, что не нуждаюсь в представлениях, – прокряхтел маг, нервно хихикая.
– Сколько трактатов по эфирной магии ты написал?
Эйнзель на мгновение зажмурился, потом ответил:
– Тридцать один.
– А сколько детей ты рассеял по миру? Только не спеши, подумай хорошенько.
Эйнзель покосился на ноги, потом ответил:
– Одного. – Помялся и добавил совсем тихо: – Вероятно.
– Похоже, ты говоришь искренне, – кивнул Ровал.
Ивендель осторожно прокашлялась и пояснила:
– В качестве придворного колдуна Эйнзель не вызывает подозрений, посещая академию.
– Правда, от меня ждут таких визитов с проверкой, Высокоученый Ровал. Я ведь являюсь официальным императорским инспектором по вопросам магии.
– Но в данный момент ты ничего не проверяешь.
– Нет, и я должен крайне осмотрительно подбирать слова. Меня может предать любой, включая и тебя. Моя голова переполнена фактами самого деликатного свойства, и за то, что вы представите ее на блюде императору Варсоврану, сможете получить достаточно золота, чтобы выкупить короля. Я не хочу попадать в зависимость от людей, которые способны выдать меня. Например, ты можешь оказаться вовсе не Ровалом.
Мои источники надежны, – заверила его Ивендель. – Если ты доверяешь мне, можешь доверять и этому человеку.
Как придворному колдуну Варсоврана, – продолжал Эйнзель, мне приходится получать обширную информацию. Даже слишком обширную. Император заставляет меня нервничать. А когда я нервничаю, я иногда бываю склонен к чересчур решительным действиям.
– Он заставляет нервничать не только тебя! – воскликнул Ровал. – Ты видел, что он сделал с Тореей?
– Да, и, кроме того, с южным Гелионом. Помимо Варсоврана, я, вероятно, человек, видевший самое большое количество огненных кругов.
– Почему ты здесь?