– Именно. Потом ты измажешься грязью и выберешься на берег и пойдешь жаловаться стражникам, что тебя избили, ограбили и выбросили в Деир. Они скажут: «Катись отсюда, вонючий ублюдок» или что-нибудь в этом духе. Ты послушно пойдешь прочь и вернешься ко мне. После этого примешь ванну на вилле, а когда Феран прибудет в Диомеду, корабел Чок-Тас быстренько выдаст ему Яррема Лысого и признается, что продал тебе лодку за пять серебряных монет и что ты около полуночи сел на весла, захватив с собой увесистый пакет. И еще сообщит, что лодку больше не видел.
– Феран скоро придет к выводу, что я скрылся в цитадели на острове.
– Совершенно верно.
– Феран сотрет цитадель и восемьсот ее защитников в пыль, направив на них Серебряную смерть.
– Нет.
– Цитадель окружена водой, она находится на достаточном удалении от города. Это прекрасная и весьма соблазнительная мишень для удара.
– Феран утратит защиту, которую дарует ему Серебряная смерть, в то мгновение, когда отдаст приказ атаковать цитадель. Варсовран тут же его разрубит на куски, а Серебряную смерть заберет назад. Едва ли Ферану нравится эта перспектива, так что я считаю: он воспользуется Серебряной смертью, чтобы обратить армию, осаждающую город, в бегство, затем велит Варсоврану штурмовать цитадель. Бывшему императору понадобится недель десять, чтобы заново отстроить большие катапульты, установить их на корабли, и тогда…
– Они ворвутся в крепость, выяснят, что меня там нет, и объявят о столь большой награде за мою голову, что даже ты задумаешься, не поменять ли меня на кучу золотых паголов.
– Ларон, Ларон, большая часть жизни – это всего лишь отчаянная борьба за пару лишних дней, прожитых посреди голода, заболеваний, войн, скучных родственников, незвано являющихся к обеду. Поверь, что все может обернуться к лучшему. Доверься мне, Ларон: что-то произойдет.
А тем временем девушка – бывший страж оракула – бродит в теле Веландер, и у Ферана свои виды на это тело, ему наплевать, кто его населяет. Девять необходимо доставить сюда и надежно спрятать!
– Девять? Девушку из сферы-оракула? Сюда? Ни за что!
– Почему нет?
– Как только скроется солнце и взойдет Мираль, ты проведешь ее на крышу и там оставишь. Я видела тебя в академии с той… с той женщиной.
– Лавенчи.
– Девять останется в доме госпожи Сайрет.
– Госпожа Сайрет каждый день берет ее с собой на рынок там ее могут опознать. Если мы попросим спрятать ее, Сайрет что-то заподозрит.
– Ларон, ты просто хочешь притащить ее сюда и добраться до невидимого предмета. Венец и фиолетовая сфера на ее голове.
– А тебя они не интересуют?
Торейцы славились мастерством в управлении сферами-оракулами, но большинство механизмов и текстов заговоров происходили с этого континента. Устройства, которые носила Девять, представляли собой бесценное сокровище и с финансовой, и с научной точек зрения.
– Существует реальная опасность, что однажды Девять не вернется с рынка. Кругом полно работорговцев. Никогда не знаешь, откуда нанесут следующий удар.
– Адмирал Фортерон запретил работорговлю…
– Я имею в виду нелегальных работорговцев, они скрывают свое лицо. Сайрет будет расстроена, но я смогу ее утешить.
– Почему бы не распространить слух, что она сбежала вместе со мной в цитадель? Это избавит Ферана от желания обыскивать Диомеду.
Уэнсомер задумчиво потирала подбородок:
– Пожалуй, я не стану возражать против девушки, но только если ты дашь слово спать с ней в разных комнатах и не…
– Уэнсомер! Возможно, тело Веландер достигло двадцати лет, но не душа Девять – ей всего несколько месяцев! Она – порождение магии, ей не нужен секс. И насколько я могу судить, она моя сестра-младенец.
Уэнсомер недоверчиво покачала головой, а потом приняла решение. Она встала и прошлась туда-сюда по комнате, сложив руки за спиной. Ларон наблюдал, опершись на руки подбородком.
– Ларон, я согласна. Сегодня же надо доставить Девять сюда, в башню, предоставив ей отдельную постель. А тебе предстоит искупаться в грязи в устье реки, неподалеку от моста Королевской эспланады.
О чем умолчал Ларон, так это о своих переговорах с иной личностью, скрывающейся в глубине, за душой Девять, – с той, что поглощала огромные запасы эфирной энергии и была связана с грозовыми разрядами. «Должен ли я рассказать ей об этом? Или пускай сама разбирается? – размышлял он. – Будет очень приятно продемонстрировать перед Уэнсомер превосходство своего знания и мастерства».