– Это место полно энергетически заряженными, усложненными связями и объектами. Души, элементалы, хищники, никому неведомые эфирные твари, которых никто даже не пытался изучать и наблюдать. Боюсь, что в том мире знали, как захватить мое тело, несмотря на то что оно защищено истинным именем.
– Ничто и никто не может преодолеть защиту истинного имени, навигатор.
– Я не так уж в этом уверен. Если бы ты видел то, что видел я…
Внезапно Друскарл охнул, а потом пронзительно вскрикнул. Рука Ларона мгновенно легла на рукоятку боевого топора, и вампир приготовился отразить атаку. В следующую секунду он и сам громко ахнул.
Веландер обхватила Ферана обеими ногами, их бледные, потные, обнаженные тела блестели в лучах восходящего солнца. Не оставалось ни малейших сомнений в том, как они провели ночь. При этом на голове Веландер сверкал магический венец.
– Не обращайте на нас внимания, – выкрикнул Друскарл по-диомедански.
– В самом деле, не обращайте, – повторил Ларон на скалтикарском языке, а потом добавил по-диомедански: – Именно так: не обращайте на нас внимания.
– Я евнух.
– А я… э… слишком молод.
– Мы вообще тут случайно оказались, – фыркнул Друскарл, отступая назад и отворачиваясь.
– Ага, шли вот мимо, ни о чем таком не думали.
Ларон шагнул вперед, подобрал рулон со своим одеялом и железную шкатулку, а потом резко распрямился:
– Мой венец? – воскликнул он. – Будь любезна!
– Я бы хотела позаимствовать его ненадолго, если ты не возражаешь, – спокойно сказала Веландер. – У меня нет якоря для прогулок в сумраке и…
– О нет… Я не возражаю. Одной вещью в багаже меньше. Люблю путешествовать налегке. Можешь носить его и продолжать… Я имею в виду Ферана. Нет! Я хотел сказать…
– Не важно, что он хотел сказать, – перебил его Друскарл. – Нам нет дела до ваших занятий.
На мгновение повисла тишина.
– Вы двое собираетесь уйти? – поинтересовалась Веландер.
– О! Уйти? – Голос Друскарла прозвучал непривычно высоко.
– Ах да, – кивнул Ларон. – Уйти. Совершенно оправданное требование.
– Принимая во внимание сложившиеся обстоятельства.
– В особенности ваши обстоятельства.
– Мы побудем вон там, за тем холмом, пока вы тут не закончите.
– Пока вы не оденетесь.
– Да уйдите же наконец! – крикнула Веландер.
– Уже уходим, – отозвались Друскарл и Ларон в один голос.
Они поспешили отойти за высокий стеклянный уступ.
– Почему она надела мой венец? Хотел бы я знать, – пробормотал Ларон, когда они сели. На его лице отражались тревога и удивление.
– Моя бывшая жена и королева предпочитала заниматься любовью обнаженной, но в драгоценностях, – ответил Друскарл.
– Зачем?
– Такие вещи пробуждают эротические фантазии, настраивают некоторых людей на… э… игривый лад. Ты должен был заметить это.
– Довольно странно, евнух, но при всех моих диковатых и пугающих пищевых привычках и необычной форме сна, я остаюсь девственником.
Учитывая все то, что Друскарл и Ларон увидели на четверть часа раньше, они не были удивлены, когда Веландер и Феран за завтраком сидели рядом и крепко держались за руки. Разговор вращался в основном вокруг прибора, обнаруженного Лароном и Друскарлом в сумрачном мире. Друскарл даже предложил остаться еще на один день, чтобы поискать дополнительную информацию. Но Веландер решительно высказалась против этого.
– Это дурное место, здесь все слишком сильно деформировано, – заявила она, настаивая на быстром возвращении к спасательной шлюпке. – Я чувствую это.
– Я знаю, миллионы жизней были прерваны здесь, кроме того, пострадали и бесчисленные эфирные существа и духи-элементалы, – согласился Друскарл, тоскливо озирая мертвый, стеклянный ландшафт. – Прошлой ночью Ларон произнес слово of detachment и взглянул на это место из эфирного мира. То, что он увидел, было весьма тревожным. Здесь кружит множество духовных сущностей – прозрачных, хрупких, изголодавшихся и медленно растворяющихся в сумраке, обреченных на окончательную гибель.
– И они могут попытаться преследовать нас, – предупредила Веландер.
– И что же нам делать? – спросил Феран.
– Собрать все наши амулеты, которые могут служить якорем для путешествия по сумраку, сложить их в железную шкатулку Ларона вместе со стеклянными обломками, несущими отпечатки Серебряной смерти, и линзой-окуляром. В этом случае никто и ничто не сможет проследить из эфирного мира наше передвижение.
Друскарл одобрительно кивнул:
– Это представляется разумным.
– Тебе придется сделать венец прозрачным и невидимым для всех, кроме тебя, – заметил Ларон, не глядя на священницу. – В данный момент его отлично видно из эфирного мира, как и всех нас. Ты надела его, так что теперь только ты способна его контролировать.
– Тогда скажи мне необходимое заклинание, – отозвалась она.
Действуя в соответствии с указаниями Ларона, она изменила программу венца – он внезапно исчез из вида вместе с камнем-оракулом. «Умная девочка» подумал Ларон, когда священница победоносно улыбнулась.