Бранд, в компании матерящегося кентавра Дж'Онни и великана Вайдабора, отправляется на восток, дабы помочь героине Валланто и несравненному раздолбаю-барду Минту Вольдорсу, с их семейными проблемами и божественными проклятиями. Попутно он продолжает разгадывать тайну хозяина подземелий и немного бьет всех, кто пытается ему в этом помешать.
Бранд вдел руку в перчатку, получив сообщение:
Вы надели Превосходную Перчатку Жизни! Выносливость +50
Перчатка из сплава мифрила и стали в равных частях была чуть тесновата. Бранд сжал руку в кулак, металл заскрипел, раздался, но все же выдержал.
— Все бы вам, героям, портить хорошие вещи, — проворчал гном — владелец лавки.
Бранд задумался на мгновение — жизни у него и так хватало, еще двести пятьдесят в плюс от этой Выносливости большой роли не играли, но. Все остальные гномы указывали на эту лавку старого Фарина, мол, хорошие латные перчатки только там, а сам Фарин с ворчанием достал ящик и выложил лучшие образцы. Из-за этой их ворчливости и привычке рубить правду, словно руду в забое, в глаза, из гномов выходили плохие торговцы и те же полурослики всегда обходили их в продажах.
Но в то же время все знали, хочешь без обмана и вежливости — покупай у гномов.
— Беру, — решил Бранд.
Если бить вполсилы — прочности перчатки должно было хватить надолго.
— И вон ту, нержавеющую, тоже возьму, — решил он.
Сверкающая тяжелая перчатка, девять десятых стали, одна десятая мифрила нитями, для увеличения прочности и удержания заклинания против ржавчины. Пойдет для тренировок, решил Бранд.
— Сто тысяч золотом, — сообщил Фарин, даже не думая подниматься.
— А в макушку тебя не чмокнуть? — машинально выдал Бранд любимую присказку Джаггера для подобных случаев.
Фарин молча вытащил и показал амулет, зачарованный на противодействие Харизме.
— Есть у меня одна особенность на такой случай, — небрежно заметил Бранд.
Старый гном слегка занервничал, бросил взгляд на еще один артефакт, видимо определявший правду и ложь в словах. Они были очень распространены, но в то же время не считались чем-то надежным, слишком легко было исказить слова или врать в глаза, веря, что говоришь правду.
— Им же цена семьдесят тысяч, — сказал Бранд, называя цену, выданную «Взглядом Ветерана». — К чему эти попытки надурить?
Фарин, может, и подготовился, но, как и подобает неопытному живому, упустил пару моментов. Бранд чуть приотпустил Волю, придавливая владельца лавки, забывшего запастить амулетом на такой случай.
— Тяжелые времена настали, — ответил Фарин, утирая пот со лба. — Хочу уехать подальше от демонов. В Оплоте Севера холодно, на Кирфе полно эльфов, в Казаде нужны деньги.
Оплотом Севера называли горный хребет, перекрывавший перемычку между материками Мойна и Сии.
— А чего не в Скалистые горы Перты? — полюбопытствовал Бранд.
— Все равно деньги нужны, Грозовой Океан переплыть — не кайлом махнуть, — ответил Фарин. — Это вам, героям, хорошо, порхаете, как мотыльки туда-сюда.
Бранд вспомнил свои последние приключения и рассмеялся сравнению, подумав, что и правда порхал.
— Могу замолвить словечко в Тарбаде, — предложил он.
— Демоны, — отмахнулся старый гном.
Бранд пожал плечами, забрал перчатки и вытащил семьдесят пять тысяч золотом — прилавок опасно затрещал. Глаза Фарина расширились от изумления, привстал торопливо и начал сгружать все вниз, на пол. На лице старого гнома отчетливо читалась мысль, мол, эти герои все немного того, таскать с собой такое! Бранд не стал пояснять про размеры своего кармана, силу и привычно шутить, мол у него надежнее, чем в банке, просто кивнул и вышел наружу.
Слух его сразу уловил голос Минта и цоканье по камням.
— Бранд, зацени какую хуйню я прикупил! — заржал на всю улицу Матершинник.
Новенькие подковы его высекали искры из камня мостовой. Местами Коляба была устроена на манер Альбанда, столицы Тарбада — ярусы и террасы прорезали склон горы и часть помещений находилась внутри горы. Покупатели и посетители торгового яруса оборачивались, Дж’Онни шествовал, высекая искры и раздвигая толпу своим могучим телом кентавра. Шедший рядом с Матершинником Минт строил глазки девицам и поигрывал бровями.
— Подковы из настоящего мифрила, смотри!
Дж’Онни сунул подкову задней ноги чуть ли не в нос Бранду, повязка его сдвинулась, приоткрывая неприличные места и какая-то девица покраснела и отвернулась, а стоявшая рядом с ней подружка-гномка аж рот приоткрыла от изумления. Дж’Онни заржал, показывая, что специально задрал именно эту ногу, заранее предвидя подобный эффект.
— Разрешите представиться, Минт Вольдорс, бард, путешественник, гроза демонов и король Алавии, в поиске красоты и вдохновения, — тут же оказался рядом с девицами Минт, скаля зубы и излучая обаяние.
—
Дж’Онни опустил ногу, продолжая широко улыбаться. Спелись, подумал Бранд про него и Минта, но потом решил, что оно и к лучшему.
—
—
—
