Путешествие[СИ] полностью

   — Абдулла, чёрт тебя забери! — французский авантюрист, проклинал всё на свете за то, что связался с лодырями-арабами.

   Они только тянут деньги и постоянно отлынивают от работы. Их даже не заставишь взять лопату, они сразу же выдумываю суеверия, чтобы не перетрудиться.

   — Ты что-то нашёл, Франсуа? — оживлённо спросил его подельник.

   — Пьер, тут каменная плита, — ответил Франсуа, ударяя древком лопаты о камень, — где этот чёртов Абдулла?

   Кладоискатель раздражённо сплюнул в песок. Он был готов пристрелить нерадивого работника.

   — Дверь не сдвинуть, господин, — лениво отозвался подоспевший Абдулла.

   — Надо взрывать! — решился Пьер, — иначе невозможно!

   — Ладно, — махнул рукой Франсуа, — не впервой. Золото с мумии не повредим, значит, уже не зря поработали... Богатенькие аристократы сейчас без ума от египетских штучек...

   — А вы не боитесь проклятия мёртвых? — спросил Абдулла, взволновано потирая руки.

   Пьер и Франсуа презрительно рассмеялись в ответ. Чего ещё ожидать от глупых дикарей? Хотя некоторые из них сами промышляют грабежом мертвецов, не страшась кары с того света. Значит, они только прикидываются суеверными глупцами, а сами следят, чтобы стащить всё, что плохо лежит.

   — К Дьяволу проклятия, если оно помешает нам хорошо заработать, — ответил Пьер.

   — Господин, позволь мне удалиться, я не хочу, чтобы дух умершего видел меня! — вкрадчиво попросил араб.

   — Убирайся хоть к чёрту, — отмахнулся Франсуа. — Всё равно от тебя никакого толку!

   — Эти арабы суеверны и трусливы, — проворчал Пьер, глядя вслед удирающему Абдулле. — Неужто всерьёз верит, что мумия встанет из гроба и схватит за немытую шею? Или он прикидывается, чтобы не работать? Знаем мы их хитрецов, детей пустыни...

   — Забудь ты о нём, — посоветовал приятель. — Пусть хоть провалится прямо в Ад к своему Шайтану, главное внимательнее следить, чтобы сын песков не стащил наше добро!

   Их дружный хохот разнёсся по безмолвной пустыни.

   Вдоволь насмеявшись, подельники принялись подкладывать динамит к каменной двери, мысленно представляя сокровища, ждавшие их вторжения многие сотни лет.

   Какая удача, мне привезли в подарок изумительную египетскую статуэтку в высоту с локоть. Девушка в белом облегающем платье сидит, положив руки на колени. Её глаза, сделанные из тёмно-синего стекла, сияют, когда на статуэтку падают лучи солнца. Красивое лицо выполнено очень тщательно, передавая неповторимые черты. Я ни разу не встречала подобных лиц. Фигурка девушки удивительно изящна, такой тонкой талии невозможно добиться без корсета. Неужели египтянки обладали столь стройным станом.

   Как мне сказали, внизу у ног девушки иероглифами написано её имя "Сешенен", что в переводе означает "цветок лотоса". Столь нежное имя удивительно подходит к облику его обладательницы.

   — Любители Древнего Египта рассказывали мне, что египетские художники пытались передать черты внешнего сходства, — сказал князь Долгоруков.

   — А мне говорили другие любители, что все эти древние физиономии одинаковы, — добавил доктор Майер, — лично я созерцаю египетское творение впервые. Это восхитительно!

   Нетрудно было заметить, что статуэтка очаровала нашего друга, он не мог отвести от неё взора. Он с восхищением вглядывался то в нежное лицо девушки, то не сводил взора с тонких щиколоток маленьких ножек, обутых в причудливые сандалии.

   — Мудрецов сейчас немало, — ответил князь с иронией, — я знавал такого, который утверждал, что египтяне ели друг друга живьём...

   Я поморщилась. Какой вздор болтают некоторые люди!

   — От себя могу добавить, — продолжил доктор, — эта статуэтка — изображение умершего, вместилище для его души, если она решит вернуться на землю... Готов с вами согласиться, князь, что художники заупокойного культа должны были передать сходство с оригиналом...

   Мне вспомнилась книга одного из французских учёных. Он писал про душу, называемую "Ка" — копию человека, для которой создавались портреты и скульптуры умершего, чтобы при возвращении на землю душа могла найти вместилище.

   Статуэтка печально взирала на нашу беседу с каминной полки. Мне показалось, что она, действительно, наблюдает за нами. Неужели Ка девушки находится в статуэтке. Но почему она грустна?

   — Возможно, Сешенен расскажет вам о своей судьбе, — обратился ко мне доктор.

   — Не знаю, — ответила я, — она столь печальна...

   Доктор провёл рукой по волосам девушки.

   — Похоже, наш друг влюбился в египетскую красавицу, — иронично заметил князь.

   Я ожидала меткого язвительного ответа, но Майер явно смутился.

   — Не болтайте вздор, князь, — произнёс он, безуспешно скрывая неловкость.