На балконе пусто, освещение только из окон бьёт. Поэтому тень горшка с цветами меня полностью скрывает. Если здесь никого, то караула на стенах вдвое больше. Преспокойно гуляют сразу по двое, где я знаки ляпал. Похоже, как и предполагал, всё стёрлось. Поверхность должна быть ровнее. Не маг же их убрал? Не хотелось бы встретить его тут, расхреначим пол замка в разборках.
Внизу под цитаделью какие — то вечерние построения, на площадке три коробки бойцов. Но я не всматриваюсь. Не это сейчас тревожит.
Внимательно изучаю обстановку вокруг себя: пол, выложенный мелкой плиткой, крупные глиняные горшки и кованые перила на предмет магических или механических ловушек. Ночное зрение в помощь.
Убедившись, что подлянок нет, подкрадываюсь к открытому окошку, хотя и так всё хорошо слышу. Потому что дверь балконная нараспашку.
—… но душа моя, — слышу старческий голос.
— Дед, исчезни со своими бумагами, всё потом подпишу, — отвечает графиня сварливо своим тоненьким голоском. — А ты чего возишься?
— Госпожа, я почти закончила, — раздаётся тоненький женский голосок под стук ножниц. Похоже парикмахерша.
— Леди Жозефина, вам стоит всё — таки прислушаться ко мне, — слышу ещё один голос! Мужской, довольно грубый.
— Элиот, не сейчас, — шипит графиня на мужчину. Но, похоже, она к нему более сдержана, чем к этим двоим.
Так, а старик получается её дед что ли?
— Дайте команду, и мы разберёмся, кто это, — продолжает жужжать на ухо некий Элиот.
— Нет, даже и не подумаю, — фыркает. — Да и не сможете. Нечего утруждаться.
— Вы уже не ребёнок, леди Жозефина, — продолжает наседать мужчина. — У нас есть определённые обязательства перед теми, кому вы обязаны многим.
— Сэр Элиот, — вмешивается дед. — Не забывайтесь.
— Это вы не забывайте, лорд, кто к нам в Чёрный сезон наведается спрашивать, — выдал Элиот злобно.
От услышанного челюсть сжал. Ах вы сукины дети. С вампирами в сговоре?!
— На проведение турнира осталось не так много времени, — продолжает Элиот. — Как можно больше героев должно быть убито под действием чар. Камень должен видеть все эти смерти.
— Бессмыслица какая, — бросает Жозефина с усмешкой. — Они и так готовы отдать все свои земли. Я буду императрицей, мне этого достаточно.
— Не бессмыслица, а одно из главных условий сделки, — говорит тихим и угрожающим тоном мужчина. — Если не выполните их, никто нас не спасёт, поверьте.
— Король Андарии собирает войско, — выдаёт ещё и дед до кучи.
— Да это, чтоб посвататься, — хихикает Жозефина. — Обещал мне армию с цветами.
— Вы меня слышите, леди графиня? — Продолжает наседать Элиот.
— Ты закончила? — Спрашивает «кукла» мастерицу, игнорируя мужчину.
— Да, госпожа, — пищит парикмахерша.
— Тогда беги отсюда, — брякает Жозефина неожиданно ласково.
— Да что с вами сегодня? Услышьте меня, — взвыл Элиот. — Если к концу рака вы покажите Морулу полупустой камень, он сильно разозлится. Приспешника не просто так оставили.
— Водяной меня любит, — раздаётся от «куклы» горделивое. — Всё, уходите, я занята!
Приспешник?! У меня аж дыхание перехватило. Водяной ещё и приспешник вампиров?! Оставили контролировать деятельность графини? Сжимаю кулаки, борясь с мыслью ворваться в покои и устроить кровавый допрос.
Спокойно, Крис. Три глубоких вдоха.
У меня ещё есть время разобраться до конца. Как раз графиня выгоняет обоих мужчин уже нетерпеливо.
Дверь закрывается. Высунувшись немного, убеждаюсь, что Жозефина одна.
Включаю магнитофон.
Иди сюда, кошка драная.
В покоях графини что — то со звоном и треском падает. Нервозное шуршание, быстрый стук каблуков, который сменяется осторожным уже перед занавеской, разделяющей нас.
Выглядывает Жозефина с заметной опаской и волнением. Но когда видит меня, взгляд её голубых, на этот раз, размалёванных глаз, меняется на дикий.
— Аз!! — Взвизгивает, как поросёнок и бежит ко мне, семеня.
М — да. «Кукла» для меня разоделась в платье бальное розовое в золоте, причёску навела и накрасилась, как шлюха. Даже диадему свою прицепила на золотые кудри распущенных волос. На фиолетовый камень я сразу обратил внимание. И даже задержал дыхание, как по команде «газы», авось вылетит пыльца.
Но чуть не вылетели сиськи, а точнее не выскочили из корсета, когда она вдруг споткнулась прямо передо мной, наступив на собственный подол! Треск ткани раздался как раз характерный.
Пришлось графиню ловить. Ударилась в меня грудью и откинулась на руки, как невеста.
— Любовь моя, ты такой сильный, — ахает, распластавшись в моих объятиях, как безвольная сосиска.
Выгнулась и запрокинула голову, что сосок аккуратный молодой выскочил наполовину.
— Ты очень красивая, девочка из моих снов, — воркую, глядя на разрумянившуюся маньячку.
— Поцелуй меня, — шепчет, закрывая глаза.
Чмокаю быстренько в губёшки и ставлю на ноги.
— Аз, что сегодня ты для меня приготовил? — Спрашивает, поправляя диадему.
Хорошего ремня и зажимы для сосков.
— Смотри! — Восклицаю наиграно весело и пододвигаю заранее подготовленную корзину с рисовальными принадлежностями. Самое главное, что сумел родить много масленых красок и ватман.