Он же. Зарождение жизни на Земле.
Экватор, который раньше был приютом для омерзительных из-за сырости и сонма инфекционных
болезней дождевых лесов и ещё более опасных в этом плане болот, а ещё
хрупких коралловых рифов, теперь изменился кардинально. Так как
температура днём там по солнечной погоде лишь плюс двадцать, а обычной
ночью — минус двадцать, то тропиков на Земле эпохи криоцена и
предшествовавшего ему неоцена больше нигде нет и не будет! Однако на
берегу около моря растёт тёмно-зелёная с серым пухом странная трава с
толстыми — хоть и с узкими лепестками — красноватыми цветами. Она ковром
покрывает ветренную равнину, и нет участка, где этой травы нет. То и
дело внутрь этих цветов под порывами сурового ветра с ледников и
холодного атлантического океана постоянно проникают крупные массивные
чёрные жуки с опушённым брюшком, размером чуть больше голоценовых
чернотелок, и все внизу в серой пыльце покидают их. Это и есть потомки
пушистых чернотелок голоцена и неоцена, т. н. ледяные жуки (семейство
Tenecrionidae). Их размер и чернота тела позволяют мгновенно
разогреваться на коротком отрезке времени утром, когда неласковое
криоценовое солнце нагревает саму траву. Трава, надо сказать, тоже с
секретом. Дело в том, что она, ранее опыляемая бабочками и пчёлами,
теперь — как и все растения неоцена, чистый кантарофил. Так как в
суровом ледниковье инфракрасное зрение, и так уже бывшее в
«рудиментарном» виде у голоценовых чернотелок, теперь за 20 миллионов
лет постепенно развилось не хуже светового. Поэтому узоры на цветах
видны в инфракрасном диапазоне, привлекая многочисленных ледяных жуков, а
узкие лепестки — чтобы меньшее охлаждение было о воздух. Нектара у них
нет, но есть много пыльцы, которой питаются жуки, перенося её часть на
другие раскрывшиеся цветы.
Называется растение Авларовый пан (Pan avlares), Авлар всеобщий, потому что, благодаря своей уникальной
биохимии — система антифризов и белковой, и эфирной природы, а не только
какого-то одного типа, развилась больше, чем у любого растения в
истории Земли. Благодаря этому растение вытеснило всех не способных к
выживанию при минусовой температуре растений. Но оно пошло дальше прочих
растений в вопросе жизни в ледниковье криоцена. Оно способно при
минусовой температуре не только выжить, но и даже активно расти, что
делает зиму не периодом «сна», как у других растений, а периодом
замедленного роста. Но как Авлар всеобщий берёт воду из замороженной
почвы для роста, хоть и медленного, в зимний период? Тут ему помогают
сверхглубокие корни, проникающие в слои грунта, где вода жидкая, но
растение теперь берёт из воды все соли и известь, что позволяет ему
выживать в такой воде, от которой его предок, иван чай, погиб бы. Такая
устойчивость позволяет ему расти везде, где есть свет, что помогло ему
вытеснить даже сушильную траву, кроме немногих горных и подземных
разновидностей, так как последним ещё в неоцене уже не был нужен свет
для роста.
Но не все сюрпризы Авлара всеобщего исчерпываются такой биохимией.
Поодаль от моря, на расстоянии почти километра, растёт группой почти серое, с
серо-зелёными толстыми и опушёнными листьями кустарниковое дерево с
точно такими же, как у травы, но чуть более крупными цветами и листьями.
Высота этого дерева — все десять метров, что для ледниковых деревьев
немалая высота. Сравните с карликовой ивой времён голоцена! Но антифризы
и корневая система успешно позволили дереву также преодолеть
ограничения растений прошлой эпохи. И вот сейчас у дерева плодоношение,
семена из раскрывающихся коробочек разносятся поющим ледяную песню
ветром по всей округе. У семян долгий период покоя, но часть из них
проросла, став новым… Авларом всеобщим! Да, это растение смогло жить в
травяной и древесной форме, размножаясь и в «травяной», и в «древесной»
форме. И в промежуточной, «кустовой», тоже. Таким образом, один вид сам
занял несколько экологических ниш, а не одну-единстенную, вытеснив всех
конкурентов за солнечный свет окончательно. Ближайший аналог этому в
голоцене, хоть и не настолько экстремальный, — личинка и имаго у
насекомых с полным превращением. Теперь этот путь повторили растения,
хоть и без «куколки». Всё же, стопроцентного совпадения не бывает при
параллельной или аналогичной эволюции!
Сушильная трава, оставшаяся в горах или на относительно неплодородной земле, не
изменилась со времён неоцена и не так обильна, как тогда.
Но после вымирания двукрылых и ос — ледяные жуки вытеснили их и вообще всех
насекомых, кроме неоценового муравья (семейство Neomyrmicinae), потомка
небольшого муравья-бегунка голоцена. Он смог — благодаря своей
живучести и подземному образу жизни — окончательно вытеснить всех прочих
хищных насекомых, кроме хищных видов ледяных жуков. Они — прямые
