Девушка сунула руку в карман и вытащила клочок белой бумаги.
«Записка? От него – от Вангели?»
– Тео, пожалуйста! Не надо, я прошу тебя.
– Не надо?! Ты разговариваешь с нашим врагом, Саида! Ты в своем уме вообще?!
Внутри Теодора бушевала такая гроза, что он чувствовал, как лицо перекашивает от гнева. Ярость росла, затмевая глаза темнотой, Тео почувствовал приближение того, чего остановить не мог… и перестал быть собой.
Он поднимался со дна, быстро и стремительно – вверх, вверх! – и грудь разрывало чувство свободы. Он пронзал толщу воды – не серебристую, а серую – легко, словно был пузырьком воздуха.
Ярость звала его.
Через мгновение голова его вынырнула на поверхность.
Теодор отключился всего на несколько секунд, а когда он пришел в себя, почувствовал, как рука Александру Вангели тянется к поясу. Тео резко надавил на нож и почувствовал, как острие проходит сквозь слои одежды. Вангели вскрикнул, запрокинув голову, и Санда заверещала:
– Нет, нет! Тео, не нужно! Пожалуйста, ты же не можешь просто так убить челове…
Девушка прижала ладони ко рту.
– Он чудовище, – выдохнул Вангели. – Я говорил тебе. Тебе нельзя находиться с ними… и особенно с ним. Ты – другая, Санда. И Путеводитель…
– Что?! Я – чудовище? Это говорите мне вы? Вы?!
«Путеводитель! Он решил наплести что-то Санде, чтобы заграбастать Путеводитель!» Теодор почувствовал, как ярость затмевает мир темнотой, а совсем рядом, возле реки, кое-что движется прямо сюда. И в этот миг, когда в сталактитовом проеме возник запыхавшийся Змеевик и остальные, мир ускользнул от Тео.
Он вытянул длинную темную руку и коснулся отвесной стены, покрытой каплями влаги и мелкими насекомыми. Вторая рука нащупала крошечный выступ, и он пополз вверх, цепляясь за малейшие неровности, и двигаться было легко. Словно это вовсе не отвесная стена.
Порождаемая им тьма расползалась во все стороны удушливым и липким страхом. Мелкие насекомые разбегались, едва почувствовав его смертельное дыхание – ледяной могильный холод двигался за ним стеной. Воздух древней пещеры дрожал в страхе перед ним…
Он застыл, вцепившись в отвесную стену, и бросил взгляд на людишек по ту сторону реки – там, на выступе, стояли трое, а за ними маячило еще несколько фигур. Люди. Ненавистные люди! И ненавистней всех этот высокий в черном.
Ярость заклокотала, дохнула мертвенным, леденящим ветром. Он подобрался для прыжка…
Теодор вздрогнул от дикого вопля Санды. Вангели дернулся в сторону, выхватывая кинжал, и Тео рванулся следом в попытке удержать мэра. Вангели развернулся, прыгнул на Тео, чтобы сбить его с ног, и напоролся на блестящее длинное лезвие выставленного вперед ножа.
Вангели вскрикнул одновременно с Теодором, и, хотя Тео инстинктивно отдернул руку, было поздно. Воздух разорвали вопли и крики и еще дальний клекот, от которого кровь застыла в жилах. Мир стал черно-белым, и Тео понял, что тень летит сюда… Мэр покачнулся и шагнул назад. Теодор вскинул руку, чтобы удержать его, но ноги Вангели подкосились, и он полетел вниз.
А вслед упавшему скользнуло что-то темное, вытянутое – от взгляда на это у Теодора внутри все застыло, точно он вдохнул воздух могилы.
Медленно, очень медленно, казалось Тео, взлетает фонтан тяжелых брызг, бегут громадные круги, тело Вангели погружается все глубже, и глубже, и глубже. Теодор стоял, окаменев, и глядел вниз. Мир перед ним мелькал – то черный, то цветной, – точно кто-то зажигал и гасил свечу перед лицом…
Внутри все дрожало. Руки тряслись как у больного, и Теодор бросил взгляд на правую кисть, все еще сжимающую нож. С лезвия срывались темные капли. Вздрогнув, он бросил оружие, и нож с громким лязгом стукнулся о камни.
К краю уступа подбежал Змеевик и всмотрелся в воду.
– Кажется, утонул…
Вик сжимал в руке меч, его взгляд полыхал темным огнем, но из самого Теодора злость выпустили, точно кто ткнул иголкой и весь воздух вышел, так что он ощущал только растерянность.
«Я же не… О нет!»
Ноги у него подкосились, живот скрутило от тошноты и отвращения, так что Теодор пошатнулся и сам чуть не ухнул с обрыва.
«Я… что? Не-е-ет!»
Тео кричал страшно и громко, но этого никто не слышал.
Подобралась Шныряла. Опасливо вытягивая шею, заглянула в воду.
– И правда потонул. А я думала, всплывет, кусок он дерь…
– Дика!
– Скатертью дорожка. – Шныряла сплюнула в воду. – Упырь чертов.
– Дика!
Змеевик обхватил Шнырялу за талию и оттащил от обрыва, наставив меч на Теодора.
– Он сбросил его! – крикнул Ворона, стоя возле Санды и прижимая ее к себе.
– Тео, что здесь произошло? – сквозь зубы спросил Змеевик. – Как здесь оказался Вангели?
Тео посмотрел на Санду, а она на него. И даже сейчас, после того как Теодор видел девушку с их заклятым врагом, он не нашел сил выдать ее. Шныряла перехватила его взгляд:
– Может, она нам расскажет? А? Их тут двое было.
– Тео… – промямлила Саида, бледная как мел, едва державшаяся на ногах. – Тео, ты правда… нелюдимец?
Это слово всколыхнулось в памяти чем-то страшным и неприятным.
– В смысле? – прохрипел Тео.
– Чего? – фыркнула Шныряла. – Тео – нелюдимец? Что за бред, Саида?
